— Я его тоже сначала не узнал, — выдохнул Пашка. — Он всегда налысо голову брил. А сейчас шевелюру отрастил и почти другим человеком стал. Анатолий Решетников. Более известен как «Толя Решето».

— Что? — Борзый яростно шибанул кулаком по стене. — Цепной пес Макара?!

— Он самый.

— Какого черта он в моем клубе забыл?

— Не в курсах.

— Бл*дь! Сука!

— Не ори! — теперь пришла очередь Сокола возмущаться. — Наверняка Лизку заездил с радости. Дай ей хоть выспаться!

— Уму непостижимо, какой козырь я Зарутскому в рукав собственными руками подкинул! — на полтона ниже произнес Похомов.

— Может, и не подкинул.

— Думаешь, Толя ничего не понял? — прищурился Дмитрий.

— Орешь, что ли? — рассмеялся Павел. — Ты же ему открытым текстом все сказал. И ребенок бы понял значение слова «моя»!

— Не юли, — огрызнулся мужчина, теряя терпение. — На что намекаешь?

— Лиза ему понравилась. И даже очень. Его аж трясло рядом с ней. И это было видно невооруженным глазом. Я думаю, он не будет пока докладывать Макару о ваших отношениях. Но и не забудет. Попытается увести ее у тебя. Только тихо. Без огласки.

— В честном бою ему против меня не выстоять, — Похомов гордо расправил свои и без того широкие плечи.

Пашка усмехнулся.

— Не забывай, что это школа Зарутского. А он никогда по правилам не играет.

Дмитрий с укором посмотрел на друга:

— Мог хотя бы морально поддержать.

— Да брось, ты это не хуже меня знаешь. К тому же устал я сегодня для всех быть жилеткой.

— Для всех?

— Для тебя. Для Ларисы, для Сони...

— С Алмазовой-то что не так?

— Да в том-то и дело – не знаю! — Обреченно вздохнул Соколовский. — Молчит. Но уверен процентов на девяносто, что напоследок Толя ей шепнул на ухо что-то такое, от чего у девчонки ноги подкосились. Хоть и замаскировался он неплохо, делая вид, что целует ее, я-то сразу все понял. Сам порой так поступал...

— Шепнул, значит, — задумчиво протянул Дмитрий. — Уж не послание ли от Зарутского передал?

— Все возможно.

— Где она сейчас?

— Малец Гордеевский ее домой повез. Я заодно попросил его и Вику с собой прихватить. Нечего ей здесь одной делать.

Похомов устало сдавил пальцами свои пульсирующие виски.

Голова казалась чугунной.

— Неспокойно мне, Паша. Нужно записи с камеры видеонаблюдения проверить. Глядишь, чего и нароем.

— Так пошли, — прокряхтел мужчина, поднимаясь на ноги. — Все равно скоро рассвет. Выспаться как следует вряд ли получится.

***

Спустя несколько минут Дмитрий очень внимательно и сосредоточенно просматривал записи с камер. Пашка примостился по левую сторону от друга. Чем дольше Борзый глядел, тем сильнее округлялись его глаза. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Все-таки прав Сокол – целью визита Толи изначально была Алмазова. Мужчина вошел в помещение клуба. Остановился. За несколько секунд отыскал в толпе Соню. Профессионально, что тут скажешь. Решетников уверенным шагом двинулся в ее сторону. Но именно в этот момент к нему лицом развернулась Лиза. «Решето» прямо столбом замер, глядя ей в глаза! Под ложечкой у Похомова неприятно заныло, потому как мужчина на видеозаписи потерял всяческий интерес к Алмазовой и направился прямиком к Лизе. Вот он прожигает его девочку безумным взглядом, хватает за руку... Сжимает в своих объятиях.

— Довольно! — Борзый вскочил со стула, отводя взгляд от монитора. — Выключи эту хрень!

— Ревнуешь?

— Выключи, я сказал! — рявкнул мужчина. — Нет там ничего интересного. А нового уж подавно.

— Как это «нет ничего интересного»? — возмутился Сокол. — Мне, например, очень интересно наблюдать, как ты из-за Рыжей на стену лезешь.

— Я тебе сейчас двину, ей-богу!

— Да и партак у Толи мне интересным показался. Нигде еще подобного не видел.

Борзый бросил беглый взгляд на татуировку Решетникова, да так и замер с открытым ртом. Как он мог не заметить? Когда осознание пришло, волосы на затылке зашевелились. Да и спина покрылась холодным липким потом.

— Эй, ты чего? — Пашка обеспокоенно толкнул друга локтем. — Не привидение, случаем, увидел?

— Это он, — Дмитрий наклонился к монитору, увеличивая колесиком мышки изображение руки Анатолия. Внимательно разглядывая узор. — Мне именно эту татуировку курьер описывал. Именно его внешность. И его тачку.

— Поясни.

— Организатором якобы покушения на Лизу в вечер нашего знакомства был не кто иной, как Толя Решето!

— А мужик не мог с перепуга ошибиться?

— Нет. Он был уверен в своих словах. Глаза испуганного человека не лгут.

— Твою мать! — Ругнулся в сердцах Соколовский. — Это же значит...