Я торчал на улице, пока у баристы не закончилась смена. Она вышла и направилась к ближайшей станции наземки. Я поспешил за ней и окликнул: «Добрый вечер. Простите, можно вас на пару слов?»

Она бросила на меня взгляд и нахмурилась. Девушка студенческого возраста, каштановые волосы, чуть выше среднего роста. «А… вы же тот, из кафе? Вас выставили?»

«Уверен, они сделали это без всякого удовольствия», — ухмыльнулся я и протянул ей руку. «Меня зовут Джейк. Я частный детектив».

«О», — ответила она, пожимая мне руку. «Я Трейси. Э-э… Мне пришлось подписать соглашение о неразглашении, когда я нанималась в клуб».

Ну еще бы.

«Я не могу обсуждать дела членов клуба».

«Мне и не особо интересно слышать об их делах», — сказал я. «Просто хотел узнать, что вы можете рассказать мне о Морисе и Кэмми».

В ее взгляде что-то промелькнуло. «А. Эти придурки».

Быть ужасным человеком сопряжено с издержками, о которых вы даже не подозреваете. «Ого. Все так плохо?»

«О боже», — выдохнула она. «Вы даже не представляете. То, что он велел вас вышвырнуть — для него обычное дело. Они оба просто невыносимы. Хуже некуда».

«Типа того, как Морис вернул свой первый эспрессо?»

«Обычно он возвращает его дважды», — вздохнула она. «Кэмми забывает, что она заказала, и утверждает, что я ошиблась с ее заказом, может быть, через день. Мне остается только улыбаться и кивать».

«Значит, у них что-то есть?»

«У них что-то есть», — сказала Трейси. «В смысле, они поливают друг друга грязью так непринужденно, будто ведут обычную светскую беседу».

«Так почему они вместе?»

«Она горячая и, типа, шлюховатая. А он — кобель еще тот. В этом они похожи. В смысле, он женат, понимаете? И не на ней».

«Вы когда-нибудь видели его жену?»

«Нет. Думаю, она не из тех, кто ходит в спортивные клубы».

Я не мог представить, что заядлая курильщица и алкоголичка получит удовольствие от игры в теннис, но мог ошибаться. «Еще что-нибудь можете мне рассказать?»

«Не знаю», — ответила она, опасливо оглянувшись через плечо. «Кэмми любит «снежок». Это я точно знаю. Сама натыкалась на нее в туалете».

«Ах», — сказал я. «Она тоже богатая?»

«Она какой-то там финансист, кажется, — сказала Трейси, — но дизайнерских сумок не носит. Понимаете?»

«Картина начинает проясняться», — произнес я. Мы дошли до станции надземки. «Спасибо за откровенность, Трейси».

«Вы ведь не расскажете никому, что я с вами болтала?» — спросила она.

Я поднял три пальца, прижав большим мизинец. «Честное скаутское».

Я подумывал о том, чтобы снова позвонить Вити, просто чтобы позлить ее, но она бывало стреляла в меня из чистого раздражения, а мне не хотелось залечивать ещё одну рану. Вити очень хорошо умеет устанавливать границы. У ООО «Монстр» было много сомнительных контактов, но ей требовалось больше времени, чтобы покопаться в более легальных, приватных уголках сети.

Не имея дел получше, я околачивался напротив теннисного клуба, ожидая развития событий. В основном там мелькали пожилые мужчины и дорого выглядящие женщины; затем вышла Кэмми, выглядя так, будто только что приняла душ, в одежде в стиле «бизнес-кежуал». Она подождала несколько минут, глядя в телефон, а затем села в машину с наклейкой службы такси на стекле. Черт возьми. Я сел на свой неукраденный велосипед и поехал за ней.

Движение было медленным, и, если бы кто-то меня отслеживал, было бы проблематично даже достоверно затеряться в толпе, не говоря уже о том, чтобы промчаться мимо застрявших машин. Но никто не следил. Я много двигался поблизости. Кэмми и ее симпатичные икры в итоге покинули машину у офисного здания в северной части Лупа. Я снова изменил облик, надел бейсболку, чтобы стать совсем неузнаваемым, и поспешил вперед, чтобы открыть ей дверь здания.

Она меня не заметила. Девушка громко с кем-то разговаривала по телефону на ходу, в беспроводных наушниках. «…и где они находят этих водителей? Он просто сидел в пробке и ничего не сделал, чтобы доставить меня быстрее. Одна звезда, сука. И отзыв, что он пялился на меня, как маньяк. Так ему и надо… Я знаю, знаю, да?»

Я пошел за Кэмми, по-прежнему оставаясь незамеченным. Не поймите меня неправильно, я хорош в том, чтобы оставаться незамеченным, на самом деле сверхъестественно хорош, но я мог бы нести плакат с надписью «Я тот парень из клуба сегодня», и Кэмми бы его не заметила.

Так что я вошел в лифт, нажал кнопку последнего этажа и стоял тихо, пока Кэмми продолжала тараторить в трубку. «Ага, я знаю. Знаю. Хорошо, именно так тебе и следовало поступить с этим ублюдком. Он это заслужил. Точно. Окей. Ладно». Она повесила трубку, не попрощавшись, смерила меня уничижительным взглядом и бросила: «Даже не думай об этом, приятель».

Я не шевельнулся, не посмотрел на нее и никак не показал, что вообще ее слышал.

«Мудак», — буркнула она и вышла на четвертом этаже.