Гайм отвёл меч назад, готовый вонзить светящееся лезвие в металлическое брюхо тигра, когда тот прыгнет. Но в тот момент, когда его лапы покинули мрамор, паутина молний пронзила зверя, опутывая грудь. Зверь издал беззвучный крик, когда извивающаяся, искрящаяся плеть обрушилась на него. Он забился, едкие клубы дыма поднимались вверх, когда молниеносная спираль сжала его сильнее, превращая бронзовую плоть тигра в расплавленный металлолом. Наконец он затих, когда молния прожгла его насквозь, оставив на полу галереи два дымящихся сегмента.

"Милорд!"

Взгляд Гайма метнулся к Лексию. Ученый стоял перед картиной, портал за ним уже закрылся. В одной руке он держал Зуб Кракена, молния все еще трещала по лезвию, другой указывая на что-то позади Гайма.

Он пригнулся, почувствовав порыв воздуха, когда что-то быстрое и тяжелое пронеслось рядом с его головой. Схватив меч обеими руками, Гайм развернулся, и сверкающее лезвие оставило полосу расплавленной бронзы на животе статуи, которая пыталась размозжить ему череп. Отступив на несколько шагов, он увидел, что это та самая женщина в капюшоне, которую он заметил во время своего первого визита в Коллекцию. Теперь ее руки были опущены, умоляющие ладони превратились в удлиненные когти. Из-под капюшона показалось пустое овальное лицо, которое в явном изумлении посмотрело на него, прежде чем опустить взгляд на порез, оставленный мечом. К статуе вернулась неподвижность, и две неподвижные части с громким лязгом упали на пол.

"Где остальные?" спросил Гайм у Лексия, осматривая Коллекцию Темезии, которая теперь стояла пустой, если не считать картин на стенах и дымящихся останков двух смертоносных статуй.

"Она забрала их с собой", - с беспомощным вздохом ответил Лексий. "Я не мог остановить ее, пока держал портал открытым."

"Она?"

Лексий кивнул на картину рядом с полем Святой Мары, автопортрет Темезии, который, как заметил Гайм, подойдя ближе, теперь стоял пустым. Вместо женщины с мрачным взором была лишь темная комната.

"Она появилась как раз в тот момент, когда ты подошел к телам, - пояснил Лексий. В руке у нее был Клинок Заклинателя". Каландра слышала голос демона, заключенный в нем". Лексий встретился взглядом с Гаймом, на коже вокруг его линз выступили капельки пота. "Он смеялся".

"Она говорила с ним?"

"Недолго". Лексий сделал паузу, когда лезвие Зуба Кракена испустило серию быстрых светящихся импульсов. "Она сказала, что он был странно вежлив, но при этом стремился выполнить свою задачу. Затем все статуи ожили, и Темезия вывела их из здания, кроме этих двоих. Я слышал крики с нижних этажей". По узким чертам лица ученого пробежала тень, и следующие слова прозвучали как виноватое бормотание. "Наверное, слуги. Я ничего не мог сделать".

"Похороны", - мрачно произнес Гайм. "Она намерена уничтожить Эксултию".

Предположение Лексия относительно судьбы слуг полностью оправдалось, когда они пробирались через галерею Карваро. Багровые разводы украшали мраморные коридоры и безразличные лица старых, безжизненных скульптур. Служанки и стюарды валялись на полу и лестницах, их тела были разорваны и изрезаны. Огромные двери, охранявшие вход, лежали искореженными на ступенях, ведущих на площадь, а стоявшие там стражники были разбросаны по полу, как окровавленные куклы.

"Кто это сделал?

Гайм обернулся и увидел Ищейку и Лиссу, бегущих за ними. "Вопрос с очень сложным ответом", - ответил он, глядя на скопление факелов у подножия центрального монумента на площади. Многие факелы уже погасли, и он слышал нестройный хор криков, свидетельствовавших о недавно начавшейся резне.

"Ты не обязана следовать за мной, - сказал он Ищейке. Она заняла место рядом с ним, как только он начал спускаться по ступеням. "Как ты сказала, Экири в пределах твоей досягаемости..."

"И не была бы таковой без твоей помощи", - ответила Ищейка, ее черты ожесточились, превратившись в боевую маску. "Друид заплатил свой долг. Позволь мне заплатить свой".

Втроем они преодолели расстояние до разворачивающейся бойни в стремительном беге, который все же не был достаточно быстрым, чтобы спасти многих из собравшихся на похоронах. Гайм перепрыгнул через тела двух выпотрошенных Эксултий, мужа и жены, как он предположил, судя по тому, как они обнялись в смерти, их лица в масках соприкасались. Впереди стражник в ливрее Ультрия Септемила Ульфецци взмыл в воздух, подгоняемый ударом бронзового быка. Стражник приземлился неподалеку, его шея была сломана, а из ран в животе вылезали внутренности. Оторвав взгляд от уродливого зрелища, Гайм увидел в дюжине шагов от себя хозяина стражника, стоящего с распростертыми руками, когда бык вихрем несся к нему. Ультрий все еще носил свою шутовскую маску скорби, но Гайм знал, что на его лице под ней застыло выражение облегчения, когда копыта быка втоптали его в плитку площади.

"Не трать зря стрелы, - велел Гайм Ищейке, когда та нацелилась на быка. "Нам нужно найти Темезию. Убей ее, и меч, которым она владеет, станет бесполезным".

Он бросился в хаос перед ними, и увернулся в сторону, когда бык бросился на него. Взмахнув мечом вверх,а затем вниз по сверкающей дуге, он отсек его массивную голову от плеч. Вокруг он видел Эксултий и их помощников, которые умирали ужасной смертью, но не мог найти ни следа Темезии или Орсены.