– Вашему другу нужна помощь, – говорит Волк, бросив короткий взгляд к моим ногам. – Он пока еще жив, но долго не протянет…

– Ты поможешь ему? – с дрожью в голосе спрашивает Арчи. – Его надо унести к нашему Доку.

– Разумеется.

Отступаю на шаг от Дилана. Я не в силах смотреть на его окровавленную спину. Он прикрывал меня и пострадал. Очередной дорогой мне человек страдает из-за меня. Если бы я осталась в Луче… Мысли о Лее быстро отрезвляют.

Кай!

Ублюдок!

– Будь с Диланом, – прошу я Арчи и отправляюсь в сторону, откуда еще несколько минут назад пыталась скрыться.

Подбираюсь к нужной машине, целюсь в водительское кресло. Обхожу развалюху, перешагиваю тела чудиков и замираю.

Водительская дверь закрыта, но внутри пусто.

Гипнотизирую водительское кресло, будто Кай может материализоваться прямо из воздуха, и тогда я смогу пристрелить его.

Краем уха слышу, как Арчи и человек, называющий себя Одиноким Волком, уносят Дилана прочь с улицы.

Мне бы пойти за ними, но я продолжаю ждать Кая.

Он не мог уйти далеко, скорее всего скрывается где-то рядом. Ждет подходящего момента, чтобы напасть на меня.

Я вроде бы не готова к новому сопротивлению, но ярость и боль в душе помогут одолеть чудовище. А если не смогу? Тогда он убьет меня и боль утихнет. Все мысли о моей вине перестанут существовать.

– Он ушел, – произносит незнакомый голос за спиной.

Резко оборачиваюсь и наступаю на осколки разбившегося окна. Вскрикиваю от боли в пятке, но оружие не опускаю, дуло смотрит на мужчину, который сидит на крыше одной из машин. Темные волосы, темные глаза, темная одежда. Даже аура темная.

Он спрыгивает на землю легко – с грацией кошачьего хищника, вешает винтовку через плечо и уверенно движется в мою сторону.

– Ты еще кто такой? – спрашиваю я, постепенно отступая, пока не упираюсь спиной в холодный металл.

– Честер, – бросает он. – Дай посмотрю на твои браслеты.

– Не подходи.

Он не слушает меня. Приближается все с той же скоростью, пока дуло пистолета не упирается ему в грудь. Он же просто наклоняет голову набок и достает из нагрудного кармана какую-то… иглу? Отмычку.

Молча наблюдаю за действиями Честера. За пару мгновений он снимает наручники и забирает их себе.

Темный взгляд поднимается от пистолета, до сих пор упирающегося в грудь к моим глазам.

– Нет смысла стрелять, – говорит он.

– Бронежилет? – спрашиваю я.

Кивает.

– Но будет больно, – предостерегаю я.

– Вероятно.

Отступив на шаг, Честер скидывает с себя винтовку и снимает куртку.

– Убери пистолет, – просит он.

Опускаю руки, чтобы в следующее мгновение протянуть одну из них вперед, ведь незнакомец дает мне куртку. Молча принимаю ее.

– Надень, – велит он.

Голос тихий с хрипотцой. Честер будто только что проснулся.

Если бы мне не пришлось стоять перед незнакомцем в трусах, я бы никогда не приняла его одежду. Сейчас же, быстро натягиваю куртку, тону в ней и спрашиваю:

– Куда он убежал?

Ответ следует моментально:

– Следом за тварями.

Поворачиваюсь в нужную сторону и смотрю в пелену тумана. Я хочу пойти за ним. Хочу собственными руками придушить ублюдка. Как же я облажалась, сбегая из Луча. Мое милосердие…

Когда я возвращаю внимание к Честеру, его уже нет.

Оборачиваюсь – пусто.

Я стою одна среди разрухи и трупов.

Я бы подумала, что мужчина привиделся мне, но куртка на плечах и отсутствие наручников прямое доказательство тому, что я была тут не одна.

Меня начинает трясти. Адреналин схлынул, а скорбь и боль набросились будто стервятники.

Лея мертва.

Моя Лея убита.

Всхлипывая и прихрамывая, подхожу к машине, открываю водительскую дверь и сажусь внутрь. Роняя слезы, достаю из пятки два осколка и, обхватив себя руками, горько плачу.

Мне нужно выйти и вернуться к Дилану, но я не могу.

Так погано и больно…

Я вообще не хочу ничего делать. Смысла никакого нет. Каждый следующий шаг равен потере. Я уже лишилась всех.

Дышать больно, каждый проклятый вдох напоминает, что я жива.

Мишель мертва.

Лея мертва.

Дилан ранен из-за меня.

Все они пострадали из-за меня.

Я – эпицентр бед и страданий.

Бесконтрольно прогоняю мысли о поступках, совершенных мною ранее. Для чего-то ищу предпосылки к бедам и нахожу их. Я могла поступать иначе, но постоянно выбирала неправильный путь. В итоге принятых мною решений гибнут люди. Не посторонние, а те, кто дороги.

Что мне сделать, чтобы вернуть их?

Ничего.

Они больше не вернутся.

Я осталась одна. Без мечты и планов. Без семьи…

Вой и слезы.

Боль и безудержные удары по рулю.

Нехватка кислорода и сдавленная грудь.

Истерика.

Первая неподконтрольная истерика в моей никчемной жизни.

Глава 2