"Должна признать, в тебе есть определенное очарование, Мэтью Карвер, - сказала она, и ее смех угас. "Обычно в выборе моей матери гораздо меньше индивидуальности".

Мысленно я добавил "Могу рассмешить принцессу Фейри" в свое внутреннее резюме рядом с "Мэтью Карвером, оруженосцем Охоты".

"Я предлагаю тебе эти три вещи". Она показала три пальца через чайный столик. "Свободу". Она опустила палец. "Наш брак будет исключительно деловым. Бери себе любых любовников, каких пожелаешь; я сделаю то же самое". Она окинула меня оценивающим взглядом. "Ты не совсем в моем вкусе, человечек. Во-вторых, я предлагаю тебе двоих детей". Она опустила еще один палец. "Моя мать ожидает, что наш союз соединит твой род с родом фейри, и мы удовлетворим ее жадность".

Я нервно сглотнул - так громко, что служанка-человек обеспокоенно посмотрела на меня. Я отмахнулся от нее. Мне не нужен был Геймлих; просто у меня проблемы с обязательствами.

"И наконец, - последний палец опустился вниз, а ее рука сжалась в кулак, - я предлагаю тебе защиту. От планов моей матери, от замыслов моих сестер. Если ты согласишься на мои условия, они оставят тебя в покое. Ты можешь быть свиньей в загоне, вольной погрязнуть в том, в чем захочешь. Никто не будет беспокоить тебя до конца жизни".

По позвоночнику пробежал холодок. Я не знал, чего ожидать, когда соглашался на эту встречу, но все пошло совсем не так, как я рассчитывал. Учитывая пренебрежительное отношение Тани ко мне, я не ожидал предложения руки и сердца на первом же свидании. Собирались ли ее сестры тоже предлагать сделки на нашем первом свидании? Нужно ли мне было пить чай в следующий раз?

Я бы соврал, если бы сказал, что не увидел в предложении Тани некоторого смысла. Это не так уж плохо - быть свиньей, предоставленной самой себе. В последнее время моя жизнь была слишком интересной. А за интересное убивают. Было бы неплохо пойти поиграть на заднем дворе, пока взрослые со всем разберутся. Но мне надоело, что Бессмертные разговаривают со мной, как с ребенком. Я убил одного из них. Я не был заблудшей овцой. Я был человеком, который все понимал. Я встретился лицом к лицу с Дьяволом. Ну, по крайней мере, с его подружкой, и остался жив. Я был оруженосцем Охоты.

"О боже", - сказал я, протягивая правую руку, чтобы осмотреть свои ногти. "Я смогу играть в грязи столько, сколько захочу?" Я поднял голову и посмотрел в глаза Леди Весны. "Ты действительно слишком добра".

У Тани хватило такта выглядеть слегка смущенной.

"Полагаю, ты хочешь что-то взамен?" - сухо сказал я. "Пока что кажется, что ты только предлагаешь, а не просишь".

Леди Весна пожала плечами. "Все, что я прошу, - это оставить меня в покое. Я же говорила, что удел принцессы должен быть продан тому, кто больше заплатит. Ты позволишь мне управлять Домом Весны и распоряжаться нашими землями так, как я считаю нужным. Если ты не будешь мешать мне, я не буду мешать тебе".

Нашими землями. Я не мог не моргнуть при мысли о том, что у меня будет домашнее хозяйство, не говоря уже о землях. Но я не думал обо всех последствиях этого соглашения. Она была принцессой. Если бы мы поженились, это сделало бы, наверное, меня каким-то аристократом? Мы должны были бы чем-то руководить. Королевским особам обычно нравится, когда их правящий образ подкрепляется их детьми. Я думаю, что термин "непотизм" происходит именно от этого.

Мне кажется, ее позиция имела смысл. Ее собирались заставить выйти замуж за кого-то по политическим причинам, как в старые добрые времена. Если мы с ней сможем договориться, это будет более безопасным вариантом, чем выйти замуж за какого-нибудь толстого старого лорда с пальцами-сосисками. Думаю, в данном случае я был тем демоном, которого она знала, а не тем, которого она не знала.

"Ты хочешь, чтобы я был марионеткой?" спросил я, приподняв бровь.

"Я хочу, чтобы ты был мужем-затворником", - прямо ответила она. "Сплетники во Дворе Одуванчиков будут шептаться и спрашивать, как я справляюсь с тем, что мой муж постоянно отсутствует. А я, дрожа нижней губой, буду говорить, что справляюсь. Все кивнут. И ты, и я получаем то, что хотим. Моя мама получает достаточно, чтобы быть довольной. Все в выигрыше". Она раскинула руки, охватывая стол. "Кроме того, мы будем очень богаты. Я уверена, что ты найдешь способ развлечь себя роскошной жизнью. Я, безусловно, собираюсь это сделать".

Каким бы неромантичным и транзакционным ни было это предложение, оно звучало все более и более разумно. Почти слишком разумным. Мне нужна была помощь в возвращении моей души. Если присоединение к суду фейри означало, что я получу команду юристов, способную противостоять дьяволу, то я должен быть готов на все, чтобы присоединиться. Если эта сделка была, по сути, сверхъестественным браком по "зеленой карте", который сделал бы меня богатым и свободным делать все, что я захочу, то в чем, собственно, заключался ее недостаток? Я ожидал, что принцесса фейри воспользуется большим преимуществом отчаявшегося смертного.