"В основном, пытаться выжить", - ответил он, бросив на меня косой взгляд. "Это все, что может сделать каждый, оказавшись в Голдхолле".

По моему позвоночнику побежали мурашки, как у футбольной команды пауков во время спринта. Предложение королевы было хорошим, сказал я себе; мне нужны были такие союзники, как она. Но то, что она хотела стать союзником, еще не означало, что я могу доверять ей - или этому месту. Не зря смертные прогоняли фейри. Они не умели играть в добрые игры.

"Могу ли я привести своих друзей?" спросил я его снова.

"Это не ночевка", - сказал Робин, закатив на меня глаза. Ну, я как бы читал между строк, что он закатывает глаза. Когда глаза одного цвета, это трудно понять. Но по тону это было видно, поверьте мне. "Ты не можешь просто пригласить всех своих друзей на одну из смертных пицц и посмотреть спектакль. Может быть, ты уже забыл, но твои друзья здесь не самые популярные. Тебе понадобится очень веская причина, чтобы я продал это".

"Погоди-ка", - сказал я, останавливаясь и твердо упираясь обеими ногами в землю. "Ты хочешь сказать, что я, будучи призван сюда Королевой всех фейри, получил приглашение войти в ее семью и ухаживать за одной из ее дочерей, но должен делать это без кого-либо сопровождающих?"

"Нужны сопровождающие?" спросил Робин, сложив руки, когда повернулся, чтобы посмотреть на меня. "Ты начинаешь встречаться с королевскими особами, и для этого тебе нужна свита?" Его тон был суров, но он медленно подмигнул мне одним из своих золотистых глаз, что говорило о том, что я что-то угадал.

"Очевидно, мне понадобится мой, э-э, дворецкий…"

"Слуга", - пробормотал Робин, ни к кому конкретно не обращаясь.

"Мой слуга, Алекс Джонсон, поможет мне подготовиться к такому предприятию".

"Это кажется разумным. В конце концов, нельзя ожидать, что будущий дворянин сам о себе позаботится", - согласился Робин, задумчиво поджав губы.

"Но, учитывая, что это чужая земля, я не могу отправиться в путь без своего тело..."

"Сопровождение", - снова пробормотал Робин.

"Должно быть слово получше этого. Как насчет стража?"

"Хорошо, страж".

Мы долго смотрели друг на друга через коридор. Робин скрестил руки на груди и нахмурился, но в его золотистых глазах плясали огоньки. Мне показалось, что я начинаю понимать, в какую игру мы играем. Все телепередачи, которые я когда-либо видел, учили меня, что гость королевской семьи может рассчитывать на определенный уровень гостеприимства. Я не мог пригласить своих друзей, но всегда оставалась лазейка. Робин - парень сбивающий с толку, но он отличный юрист.

"Дай угадаю, - сухо сказал он, - твоим стражем случайно оказался некий Охотник".

"О, вы слышали о нем?" невинно поинтересовался я. "Он лучший. Я просто не смогу без него прожить".

"Не забывай обо мне!" раздался в моей голове голос Уиллоу.

"А еще мои огненные руки", - сказал я, помахав ими перед Робином.

Он засмеялся. "Меня бы вытащили из замка и скормили Всепожирающей Тьме, если бы я попытался разлучить тебя с твоим Уиллоу". Он задумчиво потер подбородок. "Было бы невыносимо грубо устроить пир в твою честь, но не позволить тебе должным образом подготовиться", - размышлял Робин. "Если тебе нужны сопровождающие, то так тому и быть. Королева не может допустить, чтобы ее будущий зять был поставлен в неловкое положение".

Он развернулся на каблуках и повел меня обратно тем же путем, которым мы пришли. "Пойдем со мной. Мы должны позаботиться об этом немедленно, пока тебе не причинили еще больше неудобств".

Робин вел меня по удивительным коридорам Голдхолла в быстром темпе. В конце концов я начал узнавать ориентиры. Я уже видел эти яйца Фаберже. Изумрудная люстра была незабываема. Я понял, что мы возвращаемся туда, откуда я выскочил после того, как дунул на одуванчик и меня засосало сквозь саму реальность. На этот раз я не был слишком сбит с толку, чтобы разглядеть сияющий одуванчик, выгравированный золотом на полу станции прибытия самого странного метро во всем мире.

Робин подвел меня к стене рядом с площадью, на которую я прибыл, мимо того, мимо того, что я теперь называл охранным агентством "Одуванчик". На стене висел старый роторный телефон, похоже, конца 1800-х годов. Он был сделан из богатого темного дерева с позолотой, что вполне соответствовало тематике этого места. Из-под телефона он достал огромную кожаную книгу, по толщине не уступающую ни одному телефонному справочнику, который я когда-либо видел. Он открыл книгу и начал перелистывать страницы.

Адвокат полез в карман, достал золотую монету, которую вставил в верхнюю часть телефона-автомата и начал поочередно накручивать цифры. Звук вращающегося циферблата отдавался эхом, как падающие кристаллы. Он набрал 0, затем позволил рычагу перезагрузиться, прежде чем быстро набрать 3-1-0, что меня немного напугало, потому что это был смертельный код для части Лос-Анджелеса.