Примерно через сто ярдов мы достигли перекрестка, и Охотник присел на корточки. Держа свой клинок близко к земле, он нахмурился, изучая грязь в поисках следов. Я направил фонарик в центр, пытаясь осветить любые проявления активности. Через мгновение Орион указал на свежую на вид вмятину, которая, возможно, осталась от ботинка.

Не оглядываясь, он зашагал по правому туннелю, следуя указанному им следу. Алекс и я шли за ним, держа оружие наготове. Белый шум, доносившийся из наушников, начинал казаться статическим шумом моего собственного мозга. Я не слышал своих мыслей, что, в зависимости от того, кого спросить, могло быть улучшением.

Мы прошли по очередному длинному туннелю. У меня было ощущение, что мы спускаемся вниз, как будто каждый шаг уводит нас все глубже в недра земли. На самом деле мы, вероятно, находились всего в двадцати или тридцати футах под поверхностью, но в темноте казалось, что гораздо глубже.

Это действительно было место, подходящее для логова монстра.

Я задался вопросом, была ли Кларисса единственной, кто обитал здесь. Я слышал рассказы об аллигаторах, которые прячутся в канализации Нью-Йорка. Почему не быть вампирам или монстрам? Как только эта мысль пришла мне в голову, я сразу же убедился, что она верна. Где еще они могут быть, как не здесь?

Мы вышли на другое открытое пространство, и Орион застыл. Он поднял левую руку и сжал ее в кулак. Мы с Алексом замерли в его тени. Я поднял винтовку, направив ее вперед, а мой друг повернулся, чтобы прикрыть нас, как мы и договаривались. Я чувствовал, как бьется сердце, когда смотрел в прицел. Белый шум, в котором я оказался, только усугублял страх. Без одного из моих самых важных чувств я не знал, насколько должен быть напуган. Поэтому я стал испытывать ужас, на всякий случай.

Я видел, как свет от фонарика винтовки дрожал в моих руках, но вспомнил уроки Охотника и выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Перед мной Орион постучал по уху, затем подал сигнал, который мы придумали для музыки, прежде чем указать вперед.

Он услышал Крысолова.

Мое сердце забилось быстрее, когда я уставился в мрак за краем свечения меча.

Вдруг мне показалось, что пустота смотрит на меня в ответ. По коже побежали мурашки, когда я представил себе тысячи крошечных глаз, смотрящих на меня, невидимых в темноте.

Ведомый страхом, я светил фонариком на своем оружии из стороны в сторону и вздрогнул, когда заметил движение на краю луча. Я крепче сжал винтовку, резко повернув влево, следуя за движением.

Пара маленьких глаз смотрела на меня, блестя в темноте. Сердце замерло, но через мгновение я расслабился. Это была всего лишь крыса. Нью-Йорк славится крысами в канализации, и, судя по всему, Лос-Анджелес тоже не отстает в этом плане. Крыса была довольно большая. Я выдохнул и ослабил хватку на винтовке.

«Это всего лишь крыса!» — крикнул я, указывая на маленького вредителя.

Грызун уставился на нас со спокойным любопытством, как будто никогда раньше не видел людей. У меня небольшой опыт общения с дикими крысами, но я знаю, что они умные. Эта, похоже, совсем не боялась.

Орион все еще держа кулак поднятым, сделал шаг вперед, и крыса оказалась в круге света от его меча. Я ахнул, когда еще три пары глаз блеснули на краю темноты. За первой крысой сидели еще несколько, наблюдая за нами таким же бесстрастным взглядом.

Внезапно я задался вопросом, что Крысолов из легенды сделал со всеми крысами, которых увел из города. По какой-то причине у меня возникло подозрение, что она их оставила себе. Орион поднял меч выше, и когда свет распространился, я вскрикнул от ужаса.

Помещение, в которое выходил туннель, имело форму цилиндра. Оно возвышалось над нами, а в стенах вокруг зияли еще туннели. Но меня напугала не планировка. Море блестящих черных глаз смотрело на нас со всех сторон. Крысы были на полу. Восседали на стенах вокруг. Сидели на потолке над нами.

А в углу в грязи рос неестественно яркий одуванчик.

На мгновение мир замер. Я ничего не слышал, но только благодаря трем слоям шумоподавляющих устройств, которые были на мне надеты. Затем армия крыс, как один, ринулась вперед, и начался настоящий ад.

Глава 11

Я кричал.

Я не слышал этого, но чувствовал. Грудь горела от нехватки воздуха, а челюсть болела от того, что ее держали открытой. Штурмовая винтовка в моих руках дергалась, пока я поливал море крыс свинцом. Винтовка Алекса стреляла рядом с моей, выстрелы озаряли комнату стробоскопическими вспышками, как в низкобюджетном боевике.