Может быть, потому что мне не хватало кислорода, и я задыхался, но удавалось уследить за их движениями с трудом. Лилит бросилась вперед, нанося колющие удары. Орион танцевал, уходя от ее ударов, время от времени используя меч в ножнах, чтобы отклонить удар или отмахнуться им, как битой.

Орион, казалось, находился в крайне невыгодном положении. У него не было волшебных когтей, и ему приходилось держаться между Лилит и мной. Каждый раз, когда она отодвигала его в сторону, то приближалась ко мне еще на шаг. Кроме того, у него был меч, которым он буквально не пользовался. Несмотря на это, по мере продолжения поединка у меня возникло ощущение, что он полностью контролирует ситуацию. Каждый его шаг был обдуманным. Он уклонялся, делал шаг, чтобы блокировать ее движение, наносил удар, чтобы отбросить ее назад, и все повторялось, как в вальсе.

Лицо Лилит горело от разочарования. Ее покрасневшие глаза продолжали смотреть на меня с той же фанатичной одержимостью, которую несколькими мгновениями ранее демонстрировали ее гончие. Каждая косточка в теле призывала меня встать и бежать. Дух был готов, но кислорода по-прежнему не хватало. Поэтому, приходилось сидеть и наблюдать, как мой друг сражается за мою жизнь.

Орион, безусловно, оправдывал свою репутацию. Лилит никак не могла победить его в бою один на один, и, судя по их лицам, они оба это знали. Но Лилит была отпрыском Ада, поэтому, конечно, схитрила.

Гончая, которую мы с Алексом убили, внезапно ожила. Какой трюк знает каждая собака? Как прикинуться мертвой. Ее тело было все еще повреждено, но, похоже, в ней еще оставался запал: она вскочила с земли и бросилась на Ориона в тот самый момент, когда Лилит пошла в атаку.

Я попытался окликнуть Ориона, но мои легкие еще не восстановились. Все, что мне удалось, - это хрипеть и кашлять. Пес ударил Ориона сзади, подставив ему подножку, когда Лилит бросилась вперед. Орион упал, но потянул за собой Лилит. Они оказались в куче, борясь за то, чтобы удержать друг друга.

В борьбе меч Ориона вылетел из его руки и скользнул к моим ногам, его рубиновое навершие было направлено прямо на меня. Медленно я протянул руку и положил ее на рукоять меча. Ничего интересного не произошло. Он не потряс меня, не зазвучал волшебным голосом в голове. Это был просто меч.

Борьба продолжалась. Пес держал в зубах один из ботинков Ориона, не давая ему эффективно перекатиться. Лилит использовала свое преимущество и забралась на него сверху, оседлав его, как она оседлала меня. Орион схватил ее за оба запястья, но я видел, что он проигрывает битву.

Мои легкие горели, но Орион был здесь из-за меня. Я не собирался сидеть и задыхаться, пока убивают моего друга. Поэтому уперся кончиком ножен в землю и, опираясь на него, как на трость, встал. Ноги были словно набиты желе, а не костями, но до сражающихся бессмертных было всего несколько футов.

Лилит удалось освободить левую руку от хватки Ориона, и она ударила его по лицу, рассекая щеку и пытаясь выколоть глаз. Я сделал два шага и понял, что должен сделать. Я не знал, почему именно Орион никогда не пользовался мечом, но Лилит ясно дала понять, что боится его. Возможно, это было оружие, которое могло ранить демона. Пули, конечно, мало что могли сделать.

Я сжал рукоять меча в правой руке, а ножны - в левой. Рубин на эфесе, казалось, заплясал возбужденным светом, когда я вытащил меч. Само по себе лезвие было простым. Это был не очень длинный меч, менее трех футов прямой стали без поперечины и с простым навершием, которое можно было держать одной или двумя руками. Я был почти разочарован тем, насколько обычным казался меч - пока он не вспыхнул.

Это было не темное пламя, как у Лилит, а яркий, веселый огонь, отбрасывающий тьму, как костер на пляже.

Обе руки Лилит были свободны, и она рубила Ориона с дикой самозабвенностью. Но при свете клинка остановилась, повернулась и посмотрела на меня с открытым от шока ртом.

В ее демонических глазах отразилось пламя, когда я взмахнул мечом. Я замахнулся за Мэг. Я замахнулся за Вайолет и Коннора. Я замахнулся за Алекса и Ориона. Я замахнулся за себя, потому что был очень зол.

Пылающее лезвие прошло через ее шею, как ножницы сквозь бумагу. Ее голова отлетела, а тело рухнуло на землю поверх Ориона.

Покалеченная гончая, кусавшая Ориона за ногу, замерла, а затем разлетелась на тысячи каменных крупинок, как гравийный дождь. Вдалеке я услышал, как остальные гончие пошли по следам своего альфы.

Моя рука вдруг словно загорелась. С криком я бросил пылающий меч. Как только я отпустил рукоять, огонь погас, и меч грохнулся на землю, став похожим на обычный клинок. Ладонь моей правой руки была розовой и покрыта ожогами, повторявшими узор рукояти.

Безголовое тело Лилит, Королевы Лжи, Любовницы Дьявола, начало растворяться у моих ног.

Глава 29

Все, что произошло после того, как я отрубил голову Лилит, было как в тумане. Кто-то уложил меня на заднее сиденье машины, а руку завернул в марлю. В какой-то момент Кэсси ушла. Я не успел поблагодарить ее за то, что она пришла мне на помощь, но знал, что без нее я был бы мертв.