Они идут от подъемного блока, это очевидно. Они также идут с внешнего мира, потому что они настолько покрыты коркой снега и льда, что похожи на двух идущих снеговиков. Их тела так плотно укутаны мехом, что я не могу различить, кто это, и один из них прихрамывает. На самом деле, они оба идут так, словно им больно, и я ломаю голову, пытаясь вспомнить, кто из наших сегодня отправился на охоту и попал в бурю.

Аналай в волнении бросается вперед.

— Папа!

Я не могу дышать.

Я замираю, даже когда ребенок в моем животе совершает сальто. Мой кхай начинает тихо гудеть, как всегда, когда Золай рядом. Это не настойчивая пульсация неудовлетворенного резонанса, а приятное приветствие своей половинки. Ох.

О, это мой Золай.

Боже мой, он похож на мертвеца.

— Зо! — кричу я и кладу руку под живот, чтобы поддержать его, когда пытаюсь бежать вперед. Комплект так отяжелел на мне, что я не могу ничего сделать, кроме как подковылять к нему, в то время как Аналай бросается в объятия одного из снеговиков.

— Боже мой, вы оба ужасно выглядите, — восклицает Марлен, сбрасывая с себя накидку, чтобы накинуть ее на одного из мужчин. — Зален, иди и приведи своего отца. И целителя, — добавляет она после минутного раздумья. — Беги быстрее.

— Да, мама! — Зален поворачивается и бежит обратно в сторону далекой деревни.

Я рыдаю, когда Золай откидывает покрытый коркой льда капюшон и открывает свое лицо, потемневшее от мороза, с потрескавшимися губами. Тем не менее, он улыбается, и я протягиваю руку и глажу его по щекам, не в силах сдержать слезы, хотя на моих ресницах образуется ледяная корка.

— Золай, что случилось? Где дракон?

— Эревен и я… мы решили пойти долгим путем, вместо того чтобы ждать. — Он выглядит измученным, моя пара, но все же находит в себе силы поднять сына на руки и притянуть его к себе, чтобы обнять.

— Долгим путем? Что ты имеешь в виду?

— Шли пешком, — говорит он, и кажется, что он тяжело дышит, хотя стоит на месте. — Я и Эревен. Хотели попасть сюда до начала жесткого сезона. Ве-рон-ка и Аш-тар были не готовы. Мы все равно ушли. — Его усталый взгляд останавливается на мне. — Устал.

— Ты знал, что сезон будет суровым, и все равно решил пересечь горы? — я потрясена и немного зла. Это так опасно. Но я так рада, что он здесь. В моей голове проносится миллион мыслей.

И я разрыдалась. Естественно.

— Не плачь, моя пара, — говорит мой Золай, обнимая меня за плечи. Он прижимается своими губами — потрескавшимися, шершавыми и холодными — к моему лбу и целует меня.

— Я должна надрать тебе задницу, — говорю я ему, всхлипывая. Я так взвинчена — не знаю, тревога это или облегчение. Возможно, и то, и другое. Мне хочется одновременно придушить его за то, что он подвергает себя опасности, и броситься в его объятия, потому что я так рада, что он дома.

— Как только я оттаю, ты сможешь делать со мной все, что захочешь, — говорит он мне. — Может, пойдем в нашу хижину?

— Тебе нужен целитель. — Я бросаю взгляд на Марлен, но она помогает Эревену снять с него покрытую льдом верхнюю одежду и накинуть на нее накидку. Мгновение спустя подбегает Клэр, ее голос чуть громче пронзительного крика. Вдалеке я вижу, как Зален ведет Мэйлак вперед, и другие тоже бегут следом.

О, хорошо, потому что я начинаю чувствовать слабость. Мир начинает темнеть по краям, а ребенок все брыкается и брыкается у меня в животе. Я судорожно глотаю воздух, моя паника растет.

Золай берет меня за подбородок холодными пальцами и поворачивает мою голову к себе.

— Эй, — бормочет он, и я смутно осознаю, что он ставит Аналая на землю. — Посмотри на меня. Дыши. Вдох. Выдох.

Я прижимаюсь к его меху, не отрывая от него взгляда, пока мы дышим вместе. Я ненавижу, что у меня приступ паники прямо сейчас, когда ему нужен целитель. Я собираюсь сказать ему об этом, как только перестану терять сознание.

— Останься со мной, — тихо говорит он. — Я ждал бесконечные дни, чтобы снова увидеть твое лицо, и я предпочитаю видеть его бодрствующим.

Я подавляю смешок, а затем делаю глубокий вдох. Я дышу. Я справлюсь. Мой мужчина дома. Я обвиваю дрожащими руками его талию и крепко прижимаю к себе.

Глава 25

ЗОЛАЙ

Мы с Эревеном в тяжелом состоянии. У меня обморожение, ожоги от ветра, а лодыжка болит и распухла вдвое. Целительница суетится вокруг нас, упрекая меня своим спокойным, вкрадчивым голосом, но мне все равно. Моя Ар-и рядом со мной, ее пальцы переплетены с моими. Напротив меня, у костра целительницы, лежит Эревен, положив голову на колени Клэр. Мар-лин забрала комплекты в свою хижину, несмотря на то, что мой сын не хотел покидать своего папу. Я пообещал, что в ближайшее время никуда не уйду, и я это серьезно говорю.

Я не оставлю ни его, ни Ар-и, пока не родится наш комплект.