— Он предлагал мне деньги, — сказала Оливия. — У него было много денег, но я пообещала ему, пообещала, что больше не буду продавать.

— Вы обещали человеку, который предложил вам деньги, что не будете продавать "Свет софитов"? — спросил Алекс.

— Нет, — ответила она, тоже хватая Алекса за руку. — Он разозлился, когда я его продала, и я пообещала, что больше не буду. Даже за все эти деньги.

Она говорила не так связно, как хотелось бы Алекс, но, похоже, Арло купил у нее "Свет софитов", а потом тот, кто дал ей рецепт, стал возражать. Это объясняет, почему "Свет софитов", казалось, был легко доступен, но затем исчез.

— Для вас это имеет какой-то смысл? — Спросила Сорша.

Алекс кивнул и объяснил, что догадался о бессвязных словах Оливии.

— Оливия, — сказала Сорша, опускаясь на колени, чтобы заглянуть в ее безумные глаза. — Человек, который хотел купить "Свет софитов"...

— Он забрал это, — сказала она, внезапно крепче сжав руку Алекса. — Я сказала ему, что не могу это продать, но он все равно забрал. Я пыталась остановить его, порвала на нем пальто, но он... он...

Она задремала и снова начала бормотать что-то себе под нос.

Сорша высвободила свою руку из хватки Оливии, затем встала и кивком пригласила Алекс следовать за ней к двери.

— Почему она как Гай Раштон? Я думала, "Свет софитов" предназначен только для рунописцев.

— Согласно статье, которую написал Раштон, он может подойти любому, у кого есть магические способности, — сказал Алекс. — Даже тебе.

— Значит, она тоже его использовала, — сказала Сорша.

— Полагаю, он был ей нужен, чтобы понять, как работает рецепт "Света софитов".

— Это какая-то бессмыслица, — сказала Сорша. — Как она могла его использовать до того, как приготовила?

— Очевидно, тот, кто дал ей рецепт, дал и образец, — сказал Алекс. — После того как она его использовала, она смогла приготовить ещё.

— А теперь Арло забрал приготовленный ею "Свет софитов", — сказала Сорша.

— "Свет софитов", который она готовила для кого-то другого, — напомнил ей Алекс.

Сорша кивнула.

— Разберёмся с ним позже, — сказала она, указывая на часы на стене. Было уже больше четырёх. — У нас мало времени.

Алекс раздражённо стиснул зубы.

— Очевидно, что пропавший "Свет софитов" важен для Оливии, — сказала Сорша. — Если ты используешь её, чтобы найти его, то мы узнаем, где Арло.

Это была хорошая идея. Алекс мог использовать людей в качестве якоря для поисковой руны, но для этого нужно было, чтобы они сосредоточились на пропавшем предмете. С Оливией проблем не возникло бы: он сомневался, что она могла сосредоточиться на чём-то другом.

— Стоит попробовать, — сказал он, доставая свой набор. В углу комнаты стоял небольшой столик, и Алекс придвинул его к тому месту, где сидела Оливия. На столике стояла только маленькая жестяная фляжка, с которой её нашли, и Алекс поставил её на подоконник, чтобы она не мешала. Он отложил карту Манхэттена и подпёр её резными нефритовыми фигурками, чтобы она не скатывалась.

— Ладно, Оливия, — сказал он, пытаясь привлечь её внимание. — Я помогу тебе найти твой "Свет софитов".

— Он забрал его, — сказала она, снова хватая его за руку.

— Я знаю, — сказал Алекс, вкладывая ей в руку сложенную поисковую руну. — Я воспользуюсь руной, чтобы найти его для тебя. Ничего страшного, да?

Оливия явно нервничала, но в конце концов кивнула.

— Просто положи руку вот сюда, — сказал он, положив компас на карту. Он мягко подвинул её руку, но она воспротивилась, бросив на него испуганный взгляд. — Всё в порядке, — успокоил он её.

После секундного колебания Оливия позволила Алексу положить её руку на компас, но когда он попытался поджечь руническую бумагу, она отдёрнула руку.

— Положи её руку обратно, — сказала Сорша. — Я её подержу.

— Так не пойдёт, — сказал Алекс, доставая портсигар. — Она запаникует, и я потеряю связь. Он закурил и убрал зажигалку обратно в карман. — Давай я попробую ещё раз.

Прошло почти пять минут, но Алексу наконец удалось снова положить руку Оливии на карту. Что бы ни сделал с её разумом "Свет софитов", теперь она была сосредоточена только на том, чтобы создать ещё больше. Иногда к ней возвращалось просветление, и тогда в ней проглядывал компетентный, профессиональный алхимик, но в остальное время она была заторможенной и растерянной, почти как ребёнок. Чтобы она не мешала ему держать компас, нужно было успокоить её и отвлечь от того, что он делал. Он нежно взял её руку в свою левую руку, а в пальцах правой зажал сигарету.

Когда ему наконец удалось её расслабить, он повернул руку так, чтобы горящий кончик сигареты коснулся светочувствительной бумаги. Руна вспыхнула слишком быстро, и Оливия не успела среагировать. Когда она это заметила, пламя уже погасло, и осталась только горящая янтарная руна. Она посмотрела на неё так, словно что-то вспомнила, словно знала, что это такое, но затем её снова окутал туман замешательства.