Хотя это тоже было неплохо.

десять

БИЛЛИ

— Итак, Билли, — сказала Дора, переключаясь в рабочий режим, несмотря на сонливость, все еще застилавшую ее карие глаза. — Обычно мы не начинаем раньше обеда – после концерта все поздно ложатся спать, – но, учитывая, что мы все проснулись, а завтра у нас день разъездов, наверное, будет лучше, если мы начнем пораньше.

Кристи фыркнула. — Я возвращаюсь в постель. Я спущусь в двенадцать, как и планировала. — Она бросила на меня мрачный взгляд, прежде чем снова повернуться к своему боссу. — Просто проследи, чтобы она не трогала мои вещи.

Она развернулась, чтобы уйти, хлопнув за собой дверью. Дора закатила глаза, глядя на закрытую дверь, прежде чем снова сосредоточилась на мне.

— В данный момент у меня нет формы твоего размера, поскольку мы не ожидали новых сотрудников, но ты можешь сегодня работать в том, в чем ты есть, я все улажу.

Войдя в роль, которую я играла сотни раз за эти годы, я сосредоточилась на новой временной работе в своей жизни, уделяя Доре все свое внимание. Все было как обычно: объяснение обязанностей, правил и того, чего от меня ждут.

— Отель сам занимается уборкой номеров, основная часть сценической команды отвечает за декорации и крупное оборудование в грузовиках, а мы в основном работаем с самой группой, — сказала она. — Выполняем их особые просьбы и убираем их тур-автобусы, когда мы в дороге. Заполняем их холодильники, забираем белье в стирку и, опять же, достаем все, что им может понадобиться в течение дня. Завтра после концерта мы уезжаем, так что сегодня будем готовить автобус к отъезду. Я буду рядом и прослежу, чтобы ты убиралась так, как следует, я ведь не знаю, есть ли у тебя опыт.

— Я раньше работала уборщицей, — быстро ответила я. — В отеле. Может быть, только в трехзвездочном, но я никогда не расслаблялась, поддерживая все в чистоте, насколько это было возможно.

Доре, похоже, было все равно, несмотря на ее предыдущее заявление, поскольку она даже не спросила меня, в каком отеле. — Я пойду собираться. Ты можешь либо отправиться в свою комнату, либо просто подождать меня здесь.

— Я подожду здесь, — сказала я, не раздумывая ни секунды. — Я не думаю, что Кристи понравится, если ее снова разбудят.

Дора не стала отрицать этого; вместо этого она просто улыбнулась и пожала плечами. — К сожалению, такова природа бизнеса. Когда работаешь на рок-звезд, каждый всегда пытается заполучить кого-нибудь из них. Но мы никогда с ними не спим. Это в правилах. В нашем контракте.

Ее взгляд скользнул по обнаженной коже моих рук, видимой из под футболки Ретта. — Я не совсем уверена, какие правила они для тебя установят; думаю, у них даже нет контракта, который тебе нужно подписать. Насколько я понимаю, это временная работа? Но, в любом случае, не переживай из-за Кристи. Она больше лает, чем кусает.

Почему-то я в этом сомневалась.

После этого Дора скрылась в своей комнате, а я прохлаждалась в коридоре, стараясь не думать о последних двадцати четырех часах. Честно говоря, мне казалось, что целую жизнь назад меня выселили, и я оказалась в ресторане Риччи, прежде чем в конце концов нашла Ретта. Все действительно могло измениться в одно мгновение, и присяжные все еще сомневались, было ли это изменение тем, которое надолго испортит мне настроение.

Был момент, когда я ожидала умереть от разбитого сердца… не говоря уже о сломанном теле и душе. Как бы драматично это ни звучало, я была уничтожена тем, что произошло с Джейсом, а затем с Анджело, а затем с… с того дня, к которому я не могла мысленно вернуться, поскольку сомневалась, что у меня хватит сил вытащить себя из глубин ада во второй раз.

Встреча с Джейсом была шансом, которого я не ожидала, и я могла только надеяться, что наше время вместе будет достаточно коротким, чтобы, как только мы доберемся до Нью-Йорка, я ушла, а вместе с этим ушли боль и воспоминания.

Да. Верно.

Когда Дора вернулась, ее каштановые волосы были зачесаны в высокий хвост, на лице не было косметики, и она выглядела очень посвежевшей. На ней были простые черные брюки и белая рубашка с логотипом «Беллероуз». Ее обувью были практичные черные кроссовки, и я была рада, что на мне все еще была моя собственная практичная обувь.

Она не проронила ни слова, когда мы добрались до лифтов, и я отметила, что это был не главный лифт, которым я пользовалась прошлой ночью с Реттом. Он был больше и более походил на служебный. Когда он открылся, Дора поспешила внутрь, и я последовала за ней.

Мы хранили молчание, пока она нажимала кнопку "Б", которая, как я предположила, обозначала подвал. Она ни разу не спросила обо мне – и, честно говоря, я была благодарна за это ее полное "плевать". Именно это мне сейчас и было нужно.