— Ей понадобится ее собственная чертова комната. Не твоя, — начал Джейс. — Подальше с глаз и с четкой задачей, когда мы будем пересекать страну. — Не глядя на меня, уголки его губ приподнялись в усмешке. — Ты сказал, что у нее ничего нет. Ни денег, ни одежды, ни приличий, ни морали… — Забавный, мать его, мудак. — Она не сможет, как обычно, расплачиваться телом за жилье; я, блядь, не собираюсь терпеть, чтобы она спала с нашей командой. Так что пусть работает и отрабатывает свое существование. Я слышал, у уборщиков есть свободное место.

Он думал, что наказывает меня, но он только что преподнес мне гребаный подарок. Я чувствовала бы себя намного лучше, если бы могла отработать часть долга Ретту. Мысль о том, чтобы зарабатывать на свое содержание, уже ослабляла напряжение в моем позвоночнике.

— Нет, — отрезал гитарист с бирюзовыми волосами. — Билли достаточно натерпелась. Ей не нужно работать, чтобы заслужить помощь, для...

— Все в порядке, — быстро перебила я, пытаясь не обращать внимания на кислый привкус во рту, когда он назвал меня Билли вместо Торн. Когда я положила руку на плечо Ретта, его внимание переключилось на меня. — Я бы предпочла поработать по пути туда. Это займет меня, и я не буду чувствовать себя так сильно тебе обязанной. Я имею в виду, что, возможно, я уже обязана тебе жизнью, но это небольшая плата за твою доброту.

Джейс усмехнулся, и я дернула головой в его сторону, часть моего пыла вернулась теперь, когда казалось, что следующие несколько дней я буду в безопасности. — Тебе лучше прекратить это дерьмо, — рявкнула я на него, а затем по какой-то дурацкой причине решила напомнить ему о нескольких факторах, которые могли напугать этого засранца. Даже если я никогда не собиралась доводить до конца одну угрозу. — Или я могла бы начать разбираться с юридической стороной того, как ты используешь мою фамилию и историю нашей жизни, чтобы заработать миллиарды долларов. Кажется, я также припоминаю, что была соавтором нескольких песен, которые каким-то образом появились на радио без моего разрешения.

Выражение лица Джейса не изменилось, но его глаза потемнели. Девушка-эмо с пурпурными волосами ахнула, бросив шокированный взгляд на Джейса, и Аквамен нахмурился. Тогда я догадалась, что это было для них новостью.

Однако тощий урод на диване наклонился вперед, и часть веселья с его лица исчезла. — У Беллероуз все оформлено юридически, — сказал он слишком ровным голосом. Это соответствовало ухмылке на его лице. Это и чрезмерно зачесанные назад волосы были бы огромными предупреждающими знаками, если бы я когда-нибудь столкнулась с этим чуваком в темном переулке.

— Общественное мнение – это все, — мягко сказала я ему. — Моя история заинтересует многих людей, когда речь зайдет о самой известной рок-группе в мире. Ты так не думаешь? Разве «Пейдж-Сикс» не захотелось бы услышать все о том, как Джейсу помогали с синглом, который вознес «Беллероуз» к славе?

Без сомнения, остальная часть группы считала меня сукой за то, что я угрожала не только Джейсу, но и всем им. Но единственное мнение, которое для меня имело значение, – это мнение Ретта. И когда я встретилась взглядом с гитаристом, я слегка покачала головой в попытке убедить его, что я блефую. Жест был достаточно слабым, чтобы не разрушить мою угрозу, но он понял и, казалось, расслабился.

Однако он был единственным. Тощий урод вскочил на ноги с безумным выражением лица. — Не могла бы ты уделить мне минутку с группой, Билли? — спросил он так, словно выдавливал из себя вежливые слова, насмехаясь над моим именем вместо выкрикиваемых непристойностей.

Меня так и подмывало послать его к черту просто потому, что от него исходили плохие флюиды. Но Ретт вздохнул и нежно коснулся рукой моей поясницы. — Возвращайся в мою комнату, Торн. Я принесу завтрак, когда его доставят.

девять

БИЛЛИ

Совещание «Беллероуз» заняло гораздо больше времени, чем я ожидала. Некоторое время я просто ждала, думая, что это будет быстрый разговор о том, оставил ли Джейс их всех под угрозой судебного иска за удержание авторских гонораров и отказ в указании соавторов. Но в конце концов мне наскучило пытаться подслушивать через дверь – в гребаном пентхаусе должны были быть прочные двери, которые заглушали слова каждого говорящего, – и я включила фильм, чтобы отвлечься.

Ретт вошел минут через двадцать, неся поднос с обслуживанием номеров.

— Извини, Торн, — пробормотал он с болезненной улыбкой. — Это не должно было занять столько времени. Том просто… старается быть доскональным. А у нашей юридической команды нет чувства срочности; ты же знаешь, каковы юристы.

Я пожала плечами. — Не совсем, но поверю тебе на слово. — Я облизнула губы, почувствовав восхитительный запах еды на подносе. — Ретт... ты же знаешь, я всего лишь...

— Нет, — оборвал он меня, решительно качая головой. — Даже не говори этого. Я знаю, что ты делала, но это не меняет того факта, что Джейс тебя наебал. Это необходимо исправить, и я намерен убедиться, что это произойдет.

У меня отвисла челюсть. — Что? — Мой вопрос прозвучал как сдавленный писк. — Ретт, я на самом деле не хочу...