— Хочешь сказать, что ты уже успел это все опробовать? — почему-то помрачнел наставник.

— Само собой, — кивнул я. — Как я дам вам непроверенный материал? Так поступают только дилетанты.

— Возможно, — не стал отрицать Роман Артемович. — Но магические эксперименты без моего присутствия тоже так себе решение, Темников. Если бы с тобой что-то случилось?

— Так не случилось же… — пожал я плечами. — Тем более, вы сами говорили, что я толковый призыватель…

Громов закрыл папку и посмотрел на меня оценивающим взглядом.

— Темников, как тебе это удалось? — спросил он.

— Упорством… — ответил я и поерзал на стуле. — В основном… Просто там в книге много всяких формул призыва и некоторые из них натолкнули меня на интересные мысли.

— Знаешь, Максим, я не думал, что скажу такое, но… Это близко к гениальности… — в его голосе послышалась не только похвала, но даже где-то восхищение. — Честно говоря, я до конца не верил, что из этой дурацкой затеи что-то может получиться. Не верил, когда согласился на это, не верил, когда шел в подвал, и когда ждал тебя за дверью аудитории призыва, тоже не верил.

Он помолчал немного.

— Ты меня извини, но… — Громов усмехнулся и покачала головой. — Я думал, что ты захочешь полистать книгу ради любопытства или, что еще хуже, попытаешься ее для чего-нибудь использовать. Нет, конечно, я доверял тебе, иначе не стал бы ничего делать, но где-то все-таки сомневался.

В этот момент мастер темных классов постучал пальцем по папке с формулами.

— Ты проделал очень сложную работу, — сказал наставник. — Такое даже студентам магических университетов дается лишь в исключительных случаях. Твои формулы выглядят перспективно и мне даже без испытаний видно, что они более эффективны и менее энергозатратны.

— Так и есть… — подтвердил я, чувствуя, что мне очень приятно слушать его слова.

Надо будет Люфику за это не тройную, а четверную порцию вкусняшек притащить. Похвала от мастера темных классов — это нечто такое, что тяжелее слитка золота.

— Ты больше ничего интересного там не обнаружил? — спросил Роман Артемович. — Я имею в виду… Возможно в книге было что-то такое, что еще заинтересовало тебя? Кроме заклинаний призыва?

Я прекрасно понимал, зачем мастер темных классов задает мне этот вопрос. Изучив формулы, которые я ему дал, он понял, что я действительно кое-что узнал из содержания книги. Теперь Громов хотел убедиться, что, кроме этого я не взял из книги еще каких-нибудь знаний, которые могут быть опасными либо запрещенными.

— Не знаю, — ответил я. — Может быть, что-то интересное там, конечно, и было. По правде говоря, я сосредоточился на том, что мне нужно было для турнира, так что если какой-то раздел в гримуаре не касался призыва, то я в него особо не углублялся.

— Понятно, — кивнул наставник и задумчиво почесал подбородок. Надеюсь, его устроил мой ответ. — Разумный подход, Темников. Рад, что ты не из тех учеников, которые суют нос туда куда не следует, раз уж им представилась такая возможность.

— Да, он не из таких, — хохотнул в этот момент Дориан.

— Ты оставишь мне эту папку? — спросил мастер темных классов.

— Само собой. Я ведь ее для этого и принес.

— Очень хорошо, — сказал он. — Сегодня же на тренировке начнем внедрять. Я хочу посмотреть, как эти формулы будут работать в реальных условиях. Все это не отменяет наших с тобой договоренностей насчет гримуара. Никто не должен знать, что я тебе его давал. Надеюсь, ты это понимаешь. Что же касается формул…

Громов вновь посмотрел на папку.

— Если возникнет необходимость объяснять их происхождение, то скрывать ничего не стоит, — продолжил он. — Это плод твоих научных изысканий. Каким образом ты до этого смог додуматься… Отвечай как хочешь. Честно говоря, мне и самому не очень понятно. Не думаю, что это потребуется, но лучше обговорить данный момент заранее.

— Хорошо, я все понял, — сказал я и посмотрел на часы. — Роман Артемович, я могу идти? Большая перемена заканчивается уже.

— Иди, — сказал он, а затем окликнул меня, когда я уже взялся за ручку двери его кабинета. — И вот еще, Темников… В тебе есть нечто такое, что встречается нечасто. Упорство и любопытство, которое ко всему прочему смешано с талантом… Береги это.

— Постараюсь, — пообещал я наставнику, затем еще раз кивнул ему на прощание и вышел в коридор.

Надо ли говорить, что после разговора с Громовым я с большим нетерпением ждал сегодняшней тренировки, и у меня было смешанное чувство насчет нее. С одной стороны, я очень хотел узнать, что скажут Нарышкин с Горчаковой насчет новых формул. С другой, переживал о том, чтобы у них все получилось как нужно.

Судя по тому, что Роман Артемович явился на тренировочную площадку раньше нас, этой встречи с нетерпением ждал не только я. Видимо наставник тоже хотел посмотреть на результаты как можно скорее. Кстати говоря, моя папка была у него под мышкой.