Полковники попытались тут же всем руководить – гражданским доверять нельзя, это общеизвестно - но после перелаивания с Чалычем, обозначением кто где служил, и кто тут салажонок, диалог нормализовался. Да и Мастер обозначился – номер части, годы службы, десантура, комиссован по контузии. В общем, полковники его тоже слушали внимательно и периодически вычеркивали из длиннющего списка, взятого с собой, узлы, которые «я вот сейчас на рынке десять штук куплю!».

Надо сказать, после каждого вычеркнутого пункта – и Чалыч и Мастер вздыхали с облегчением. Им чинить – не потому что я попрошу и заплачу за это, а потому что самим интересно.

Все-таки «Рансат» - это чужое, а чужое, даже очень быстрое, по умолчанию хорошим быть не может. Такая вот философия.

А «Кинжал» - это технологический шедевр. Изучить его, попытаться восстановить и (тайная мечта) улучшить – это просто счастливый день механика.

Да, «Рансат» - вроде ордена в королевстве Сават. Но «Кинжал» тоже выдается только кавалерам соответствующего ордена. У меня вот их три, а не было бы ни одного – даже разговор об обмене бы не поднимался.

Само собой: «наши ордена – выдаются за дело, а вот за что там в Савате – это еще посмотреть надо».

В общем, мой обмен решительно одобрили. И над каждым узлом, который все-таки приходилось демонтировать – чуть ли не рыдали. А таких все-таки набралось изрядно – их просто сваливали на бетон, буднично сообщив, что уничтожат в составе уже другой комиссии.

Одно успокаивало – ни на силовую установку, ни на двигатель, ни на аккумуляторы, крылья, гравионику военные не покушались – все это противник может добыть при определенном везении, сбив гравилет. А вот изымаемые узлы безусловно уничтожались при инициировании системы катапультирования, и добыть их можно только с живой машины. Что, понятное дело, недопустимо.

Летать после изъятия всего секретного «Кинжал» не мог. Но – техника Империи эволюционна. Подумаешь, сняли систему автоматической интеллектуальной навигации «Саин-17». Можно поставить «Саин-14» - такое же количество портов. Не все так просто, разумеется – софт и «мозги» другие, но если под «Саин-14» поставить радар четырнадцатой же серии и экраны под них – как будто бы заведется. Это мне Чалыч, скуривавший уже вторую пачку, подошел и объяснил. В общем, энтузиазм у них такой, что и самому даже верилось.

Позиция моя была наблюдательной, стоял там больше для баланса – их трое, нас трое. Иногда помогал, иногда фотографировал расположение проводки, когда не хватало свободных рук. И искренне надеялся, что к обеду завершим.

Надежда сбылась наполовину – «Кинжал» и в самом деле завершили разбирать к одиннадцати. Тут бы вздохнуть спокойно, но началась приемка «Рансата».

Порядок есть порядок – мы «Кинжал» осмотрели, теперь пришел их черед фиксировать все в документах и на фото.

- У меня написано – «Рансат», золотого цвета.

- А в ПТС написано – «Рансат», цвет – желтый. – Указывал Чалыч на документ.

На этом глобально и запнулись.

При этом, приемка салона прошла за каких-то полчаса – и там полковники не были столь принципиальны. Даже не стали возмущаться, что отсутствует холодильник и кальян – просто отметили, что штатные места стоят пустые. Поморщились из-за коньячного духа и еще сильнее – из-за пустой бутылки, оказавшейся на месте. Я уж думал – проскочим быстро, успеем к вылету…

А вот цвет – подавай им позолоту.

Как всякие военные, полковники были упрямы и стояли на своем. Как всякий приемщик в автосервисе, Чалыч знал тысячу приемов как объяснить, что так и было.

В общем, за час он их переупрямил – и фото с видео просто сняты в яркий солнечный день, и комментаторы просто приукрасили. И вообще – в ПТС явно сказано…

Полагаю, дело было не в цвете как таковом – а в сорока килограммах золота, которое трем полковникам было прихапать очень даже по погонам. Не вагон же – это уже для генералов. А баллончики с желтой краской они бы и сами купили, уже самостоятельно потом доказывая в закрытом КБ, какой там «цвет по ПТС».

- Ладно, давай подписывай, - оформили они документы о передаче и сунули Чалычу.

- А владелец – вон стоит, - указал он на меня.

- Так что ты раньше не сказал! – Чуть ли не сплюнул он. – Молодой человек, цвет должен быть золотистый!

- Цвет по ПТС – желтый, - даже тон голоса я повторил, всем видом показывая, что никуда не тороплюсь.

- Родственники? – Нахмурился полковник.

- Родственник. Сын родной. – За его спиной подтвердил Чалыч.

- Поня-ятно, - протянули мне документы, но тут же отдернули. – Стоп. Откуда у тебя орден «Верный кинжал»? – Осмотрели меня с подозрением.

Выгляжу молодо – потому и спрашивает. Но биоэнергету стыдно выглядеть старым. А уж в тридцать два года – тем более…

- Какой из трех? – Поднял я бровь.

- Подписывайте, где галочка, - подали бумаги с уважением.

Подписанные документы сфотографировали – я и полковник, внесли снимок каждый сам в свой телефон. И «Рансат» исчез из приложения. Зато появился «Кинжал-17МГ». По ПТС – черный.

Видимо, синим он был только на время гонки.

- Счастливо, - пожали мы друг другу руки и, наконец, разошлись.