В середине книги Тамара вновь таяла в объятиях северного дракона и сходила с ума в его сильных руках… Автор подчеркивал, что из головы у героини выветрились абсолютно все мысли. В общем, как-то невовремя она решила ни о чем не думать.

Я бросила на Зорна быстрый взгляд. Живой и настоящий владыка, должно быть, с руками не менее сильными, чем у книжного, вопросительно изогнул брови. Глаза смеялись. Кашлянув, я предприняла вторую попытку и раскрыла книгу на другой главе.

И снова Тамара таяла. Не здравомыслящая женщина, а какое-то мороженое в креманке, честное слово! Дракон нежно целовал ее обнаженное плечо… Они очередной раз занимались тем самым нетривиальным делом, о котором в приличном обществе не говорили вслух. И тем более вслух не зачитывали отрывки даже на родолесском языке!

— Как успехи? — издеваясь, уточнил Зорн.

— Нормально, — сухо отозвалась я, забрала у него стакан, сделала глубокий глоток и вернула. — Дадим Тамаре еще один шанс. Она непременно скажет что-то мудрое.

Однако та решительно не желала нести в мир вечное и прекрасное, ей вообще было не до разговоров. Она, прижатая драконом к шелковым простыням, чувственно постанывала! В принципе я героиню понимала. Зачем думать глубокие мысли, если в жизни происходит столько интересного.

— А знаешь… нам нужна другая книга. — Я закрыла томик, шустро поднялась и внезапно поняла, что захмелела сильнее, чем казалось сидя на диване. Пол под ногами зашатался, как корабельная палуба, а шкафы поплыли сначала налево, потом направо. Пришлось поморгать.

— Все в порядке? — спросил Зорн.

— Мы пьем родолесский бренди, — фыркнула я. — Конечно, у меня все в порядке. Лучше не придумаешь.

До шкафа я шла уверенной походкой, всего лишь один раз споткнулась. О диван. Во торой едва не вошла лбом в шкаф, но до нужных книг добралась. С самым серьезным видом принялась их перебирать, выбрала с самым безобидным названием.

— Готов? — повернулась к владыке и потрясла томиком. — После этой книги твоя жизнь не будет прежней.

— Я уже предвкушаю, — хмыкнул он и, блеснув глазами, сделал очередной глоток.

4-2

Обратный путь к дивану почему-то оказался полон опасностей и сюрпризов. По дороге к шкафу я как-то не заметила на пути ниоткуда взявшуюся тумбочку, а она-то меня поджидала! Еле разошлись. К счастью, Зорн посчитал низким комментировать хаотичные перемещения будущей жены в пространстве.

— Ну что ж… — Раскрыла книгу, я заскользила взглядом по строчкам.

Чтение, признаться, пробуксовывало. Видимо, не стоило запивать текст бренди. Герои нового романа между тем вели себя ничуть не лучше предыдущих и в каждой главе предавались задорному разврату. Казалось, то самое действо двигало весь сюжет к финалу, героев — к светлому будущему, а меня — к проигрышу в споре. Как про Тамару опять читала, но она взяла псевдоним и назвалась Альвией.

— О, нашла! — восхитилась я и, откашлявшись, с выражением почитала: — Вокруг разливалась ночь, полная звезд и шепота листьев, но для Альвии существовал только он — дракон. Она стянула через голову кружевную сорочку и обнаженная… Кхм, а начиналось все неплохо.

Я покосилась на Зорна. Он ответил взглядом из-под бровей и вкрадчиво спросил:

— Ты знаешь нэрийский?

— Как ты догадался? — удивилась я. — Никогда не упоминаю его в резюме. Учила по романам и не сдавала экзамен на знание языка.

Владыка кивнул на книгу. Я с недоумением проверила обложку… Название «Единственная любовь дракона» было написано на языке маленького островного королевства, в котором каждые десять лет происходили землетрясения. Надо же было так набраться бренди, чтобы не заметить, на каком языке читаешь!

— А я-то думаю, почему туго идет? — протянула я. — И ты не говоришь на нэрийском?

— Ни слова не понимаю, — подтвердил Зорн.

— И то, что я тебе с таким чувством зачитала?

Он покачал головой.

— Жаль! — с фальшивой печалью вздохнула я. — Книга берет за душу! Столько философских мыслей! Кладезь прекрасного и вечного! Искренне рекомендую к прочтению. Когда, конечно, выучишь нэрийский.

— Переведешь? — через паузу уронил он, бросив вкрадчивый взгляд.

— Нет.

Приглушенный свет сглаживал резковатые черты Зорна, и он казался необыкновенно привлекательным мужчиной. Почти книжным героем. Еще чуть-чуть и начну представлять его без одежды. Но в отличие от Тамары — будь она неладна, счастливица в крепких драконьих объятьях! — у меня в голове все-таки возникла здравая мысль, что с бренди без закуски пора притормозить. Иначе завтра невесту захотят из жалости отпеть по всем драконьим традициям, а не обвенчать…

— Пожалуй, пора расходиться, — заключила я.

Зорн пристроил почти опустевший бокал на столик и, поднявшись с дивана, протянул мне руку.

— Провожу тебя до покоев.