У каждой из тринадцати земель был свой элемент природы, которым её жители могли владеть как для нападения, так и для обороны, хотя природа этого симбиоза оставалась загадкой. Были ли это штормы Ур Динье, породившие контроль её жителей над молниями, или наоборот — оставалось предметом теологических и археологических споров. Однако отрицать эту глубокую, эволюционирующую связь, подобную той, что была у Устена со льдом, было невозможно. Союзы магов из разных стран приводили к появлению интригующих способностей, подобных её собственным, или к появлению странных Иллюзионистов — магия, которая зародилась в соседней стране Эрригал, — но магическая гегемония Ур Динье оставалась за магами молнии. Даже большинство гильдейцев, обслуживавших повозки с припасами на север, были как минимум Пятого или Шестого Уровня.

Она также обнаружила, что очень неэффективно расходовала свою силу. Не зная о Порогах, она использовала магию грубой силой. «Скорее как выбивание дверей вместо того, чтобы открывать их ключом», — заметил Телмар на её первом уроке. Магия была медитативным процессом. Одна руна, чтобы открыть Порог, соответствующий Уровню руны, которую она намеревалась использовать, а затем — сама руна.

«Нихумб», руна «Сокрытия», которую она использовала, чтобы скрыть шрамы по всему телу, полученные во время Падения, была иллюзорной руной Второго Уровня, требующей ровного, тонкого потока силы. Она же подпитывала её целым потоком и к концу рабочего дня постоянно оставалась без капли магии. Ограничение себя высвобождением только Второго Порога ощущалось невероятно странно.

Её брови сошлись на переносице, когда она снова заставила шрамы исчезнуть.

— Это легче, но… тише.

— Потому что ты не тратишь магию зря, — Телмар коснулся окровавленным пальцем двух рун на своём браслете и раскрутил крошечную сферу молнии над ладонью, сплетая тончайшие нити так, что маленький шарик пульсировал яростно, но не взрывался. — Контроль — самое мощное оружие мага. Возьмём твоего Верховного Мага. Он сильнейший в стране, конечно, но он также мастер контроля. Если когда-нибудь дойдёт до выбора между двумя претендентами на эту должность, победит тот, кто лучше владеет своими Порогами.

Хорошо. Могущественный человек без контроля — это опасность для всех.

— Кстати говоря, — Телмар с любопытством взглянул на неё, — как он держится после своего путешествия в загробный мир?

Она застыла, контроль над руной ослаб настолько, что шрамы поползли обратно по её рукам. Она поглубже спрятала их в карманы. Отвлечь его.

— Он жив и здоров, как ты можешь видеть! Просто завален пергаментом, ведь теперь он Тетрарх, Верховный Маг и, соответственно… — она поморщилась, — директор.

Каждый Верховный Маг занимал пост директора Академии, чтобы передавать знания следующему поколению магов. К сожалению, большинство благородных семей, чьи отпрыски посещали школу, недолюбливали Кадру.

Телмар сочувственно выдохнул.

— Слышал, родители жалуются, что его поведение не подобает педагогу.

— Они не возражали, когда это был Аэлиус.

Он равнодушно пожал плечами и сменил тему.

— Тем не менее, ты не отделаешься от меня так просто! Верховный Маг ничего не говорил о загробной жизни? В Ур Динье нет записей о ком-либо, вернувшемся с того света. Я не удивлюсь, если Орден теперь сфокусируется на нём, раз уж им не удалось достать тебя. Представляешь, если он — «отмечен Богом»?

Её сердце рухнуло вниз, словно камень, а язык прилип к нёбу.

Приняв её заминку за замешательство, Телмар продолжал:

— Иногда Эльсар проявляют симпатию к тем, кого встречают, знаешь ли? Предлагают им всевозможные дары в обмен на службу или что там ещё богам нужно от людей. Но всегда есть подвох. Возьмём Гнева: согласно Кодексам, он предлагает людям великую силу, которая обычно сводит их с ума.

Она выдавила из себя смешок:

— Я бы предпочла способность убеждать врагов.

Телмар щёлкнул пальцами:

— Принуждение. Магия из земель Илохе.

— Она настоящая?

— Редкая и опасная по очевидным причинам. В Илохе проводились кампании по искоренению всех, кто обладал этой магией. Никто не хочет быть лишённым свободной воли.

— И всё же, убивать их за то, что они существуют?

— Такова жизнь, — он не казался слишком расстроенным. — Эльсар справедливы. Почти у каждой магии есть равная и противоположная ей в какой-нибудь другой земле. Лёд в Устене, а затем огонь в Орити, например. Принуждающий может быть твоей противоположностью. Обе магии имеют один корень — звук. Единственная разница в том, что ты читаешь людей через их слова, а Принуждающий контролирует их через слова. Мог бы превратить тебя в марионетку в мгновение ока.

— Дыхание Мудрости, не накаркай. Стране и так хватает бед.