— Слишком большой опыт, — процедила Одра сквозь зубы. — Пожалуйста, сделай вид, будто ничего этого не было. Я и так из последних сил стараюсь не привлекать внимания жриц, а по меньшей мере один ученый уже и так невысокого о мне мнения — мне совсем не нужно, чтобы они считали меня еще и безумной неудачницей.

Улыбка призрака померкла.

— Ты плохая ученица? Что ж, я не удивлена.

Одру кольнуло обидное чувство. С чего это эта старая карга решила, будто она плохая ученица? Она была отличницей! Просто у нее не клеилось с некоторыми инкрами. Одра уперла руки в боки и сузила глаза:

— С чего бы это?

— Да потому что, если ты видишь мертвых, дорогая моя, ты совершенно точно Наследница Цикла — и твоя магия устроена совсем иначе, чем у остальных. Все те инкры, которым учат остальных адептов, у тебя будут сбоить и рушиться.

У Одры внутри все перевернулось.

— Они говорили, что магия Наследницы лучше, сильнее, а не… не… — Наследница. Черт побери, за один день ее уже второй раз бомбардируют этим титулом! — Неважно. Я не…

— Отрицать это перед мертвыми бесполезно, адептка; от нас секретов не утаишь. — Лицо призрака смягчилось. — Должно быть, тяжело нести этот груз в одиночку, без Хора Эха, который бы тебя направлял. Интересно… — Призрак протянула руку и аккуратно поправила воротник на пальто Одры. — Интересно, почему ты скрываешь это от них? Ты же наверняка уже поняла, что ты и есть Наследница — в конце концов, идет уже третья неделя их эксперимента? Ставлю на то, что пройдет еще пара дней, прежде чем ученые это заметят и доложат жрицам.

— Я просто хочу выпуститься, избежать пехоты и войны и вернуться домой.

— И всё? Ты думаешь, что если тебе удастся сохранить это в тайне, они в конце концов позволят тебе покинуть Академию Холивер, позволят спокойно испариться обратно в человеческий мир?.. Ты ведь понимаешь, что обрекаешь нас всех на смерть? Даже Зенаида не вынесет еще пяти лет Опустошающей Зимы. — Дух скрестила руки на груди. — Пока Наследник не найден, они никогда никого не отпустят; они просто не могут себе этого позволить.

— Я не Наследница, — прорычала она в ответ.

— Но ты она и есть. Что же тебя ждет дома такого, что обещания дворцов, золота и славы не манят тебя открыться?

Одра тоже скрестила руки и крепко сжала челюсти.

— Это любовь?

Она не собиралась сдаваться.

— Да. Моя семья в мне нуждается.

— Бесчисленные семьи здесь тоже нуждаешься в тебе. Неужели ты обречешь их? Если ты заботишься о близких, ты должна явить себя Эху и завершить пророческий ритуал.

— Какое всё это имеет отношение к моей человеческой семье?

— Разве это не очевидно? Мягкие зимы в человеческом мире до сих пор — лишь случайность. Вечно спасаться от последствий Опустошающей Зимы им не удастся, и положение в человеческом мире будет только ухудшаться. Без магии скоро даже ваши теплицы не помогут прокормить народ Хавеа.

— Но Туман и так не пускает магию в Хавеа. — Хотя после всего увиденного она уже не была в этом так уверена, верно?

— Вахиша, или, как вы столь бесхитростно ее называете, Туман — мощное заклинание, сотканное сотнями инкрамантов, чтобы удерживать магию внутри мира фей. Нам это, конечно, на руку — больше магии, с которой можно поиграть, да и для ваших людей это полезно, поскольку замедляет действие Цикла. Лето не такое палящее, зима не такая суровая — в большинстве Циклов Хавеа вообще удается избежать Опустошающей Зимы.

Призрак опустила руки, а ее выражение лица стало серьезным.

— Вахиша идет на пользу обоим нашим мирам… до определенного момента. Больше Туман не защитит Хавеа. Думаю, у вас в запасе осталось от силы с десяток лет, прежде чем человеческий мир промерзнет до самого основания. При таких температурах не выживут даже фейри.

Одра покачала головой, и ее косички качнулись.

— Это ко мне не относится.

Призрак презрительно усмехнулась.

— Эгоистичная ты человечка, да в этом мире всё вращается вокруг твоей роли.

— Замолчи! — Одра ударила рукой по раковине. — Оставь. Меня. В покое.

Лицо покойной ученицы помрачнело, исказилось от гнева, она уже открыла рот, чтобы ответить… но вдруг что-то изменилось: злость сменилась мимолетным разочарованием, а затем — страхом. Дух резко развернулся и уплыл, растворив полупрозрачную фигуру в закрытой двери.

Одра какое-то время смотрела на дверь, тяжело дыша, ожидая, что призрак вернется, обрушит на нее проклятия или снова назовет эгоисткой. Когда та не появилась, Одра опустилась на пол, обхватила голову руками и наконец сдалась, позволив слезам пролиться.

У нее совсем не было времени переварить то, что произошло в ботанической оранжерее, но теперь перед ее глазами вновь встала та инкра — то, как она непрошеным образом возникла в ее мыслях, то темное желание высосать жизнь из Ноэла, забрать ее себе.

Она ни капли не сомневалась: если бы ей не удалось обуздать этот порыв, та тьма вцепилась бы в Ноэля и просто убила бы его.

Ей придется принять решение в самое ближайшее время, иначе выбор сделают за нее.