Они не знали, что она способна их видеть, а потому игнорировали ее точно так же, как она игнорировала их… пока она не помчалась по вымощенной булыжником дорожке, с хрустом пробивая сапогами слякоть, опустив голову и спрятав подбородок в застегнутый воротник шерстяного пальто. Она спешила окружить себя живыми, преимущественно человеческими людьми, чтобы заглушить то жуткое чувство (потерянность, неуверенность, ужас), которое пробудило в ней общение с демоном — и на всех парах врезалась прямо в призрака.

Внезапное ощущение, словно ее окатило ледяной водой: вот только влага не просто промочила одежду, лицо и волосы — сама вода просочилась под кожу, замораживая ее изнутри. Одра завопила. Громко.

Все вокруг заднего входа в Центральный Корпус — адепты, послушники, садовники — замерли и уставились на нее. Включая самого призрака.

И двух жриц.

— Вы в порядке, адептка? — поинтересовалась одна из жриц, полупрозрачная вуаль качнулась, а пшеничные брови над блеклыми глазами сузились в подозрении.

В то же время призрак возмущенно выкрикнул:

— Это что сейчас было?!

У Одры во рту пересохло; тело забилось в крупной дрожи, а ощущение от прохождения сквозь призрака все еще не отпускало. Стресс последних часов грозил окончательно сломить ее.

— Простите, мне показалось, что я видела… медведя, — выпалила Одра. Отказываясь смотреть на призрака, даже когда та начала кружить вокруг нее непозволительно близко, она заставила себя выдержать холодный, сияющий взгляд жриц.

— Медведя? — скептически приподняла одну серебристую бровь вторая жрица.

— Разве в Зенаиде вообще водятся медведи? — подал голос кто-то из зевак-адептов, слишком любопытный, чтобы вспоминать о приличиях.

— Разумеется, водятся, тупица ты этакий; открой любую детскую книжку по экологии Зенаиды — и узнаешь, — огрызнулся призрак, замерший прямо перед носом Одры. Одра изо всех сил старалась делать вид, что не замечает ее, но не могла не отметить, что та умерла в преклонном возрасте — если бы это был дух человека, Одра предположила бы, что та дожила до бабушкиных лет.

Одра уставилась сквозь ее призрачную фигуру.

— Я… думаю, это была просто бродячая собака. Простите за беспокойство.

Обе жрицы синхронно фыркнули, но извинение их вроде бы удовлетворило. Та, что была с посеребренными бровями, хлопнула в ладоши, словно отгоняя детей от сладостей, выставленных на стол до ужина.

— Ладно… Все свободны, расходимся.

Небольшая толпа рассеялась, люди поспешили по своим делам, обходя стороной Одру, которая так и не сдвинулась с места. Если бы она шагнула вперед, ей пришлось бы снова пройти сквозь призрака, а этого ощущения она бы не вынесла. От одной мысли ее тело снова пробила дрожь.

— Ты почувствовала меня. Ты меня видишь.

Одра проигнорировала ее и наклонилась, делая вид, что поправляет шнурок на сапоге, хотя тот был завязан намертво. Выпрямившись, она сделала широкий шаг в сторону и двинулась дальше, надеясь выглядеть максимально естественно, обходя духа стороной. Но призрак так просто сдаваться не собиралась.

Она приблизилась к Одру вплотную и поплыла рядом.

Одра тяжело вздохнула. Похоже, сегодняшний день и не думал давать ей передышку. Сначала — громкий позор, потом — неожиданный демон, а теперь еще и это.

— Знаешь ли, мне тоже было неприятно, — проворчал дух. — Терпеть не могу, когда живые сквозь меня проходят… Клянусь, большую часть дня духи только и делают, что избегают вас, неуклюжих тупиц.

Интересно, каково это для них? Если для Одры призрак казался ледяным, то не казалась ли она сама для него обжигающе горячей? Подвальный Обитатель давал понять, что живое тепло им приятно.

Она собиралась пойти в столовую, где полно адептов и нет никаких демонов, но, переступив порог Центрального Корпуса, Одра круто изменила направление и направилась к лестнице, ведущей в подвал.

Идти в столовую сейчас не было никакого смысла, особенно когда эта вредная старая призрачная женщина решила привязаться к ней. Стоило проверить, сможет ли она стряхнуть призрака внизу, где ее вряд ли поймают за разговорами с пустотой.

— Зачем ты спускаешься сюда? Адептам запрещено находиться в подвале, — назидательно произнес призрак. И тут Одра заметила, что на ее собеседнице вовсе не простое старое платье, а форменная мантия ученого.

Тьфу.

Уборная в конце коридора, на удивление, оказалась пустой. Одра захлопнула дверь и заперла ее изнутри, потому что призрак последовала за ней по пятам.

— Понятно; ты хотела найти место, где никто не увидит, как ты разговариваешь со мной.

— Да, мне бы не хотелось, чтобы люди решили, будто я сошла с ума — у меня и без того хватает проблем.

Когда Одра заговорила с ней, давно умершая ученая сделала изящное па — ее радость от того, что ее наконец заметили, была видна по тому, как она закружилась, а на полупрозрачном морщинистом лице расплылась широкая улыбка.

— Я так и знала! Я догадывалась, что ты меня видишь, но уже начала сомневаться, слышишь ли ты меня. Отличная актерская игра. У тебя, должно быть, колоссальный опыт игнорирования нас, призраков?