Еще один глоток, и он рухнул в кресло у камина, который ни капли не согревал эту продуваемую всеми ветрами комнату. По крайней мере, виски немного согревало изнутри, несмотря на то, что воспоминания о брате заставляли его содрогаться от ледяной скорби.

Кил…

Он просто умолял Заира позволить ему занять его место — всего один разок, — и всё должно было пройти гладко. Кил тренировался бою так же долго, как и Заир, технически даже дольше, поскольку он был старшим братом, хотя самому ему еще не доводилось участвовать в реальных сражениях.

Поэтому, когда Кил предложил: «Позволь мне отправиться в это приключение, брат. Лем уже подтвердила: Наследник должен объявиться с минуты на минуту. Моя жизнь перестанет принадлежать мне полностью — если она вообще когда-либо принадлежала мне. Позволь мне получить хотя бы это одно приключение, что-то для меня и ни для кого другого».

И Заир тогда черт возьми уступил — несмотря на знание того, что отец придет в ярость, Верховный Провидец будет буйствовать, Верховная Жрица едва ли не отлучит его от церкви, и даже богиня Смерти не одобрит этот шаг, несмотря на всю ее любовь к хаосу. Но согласие Заира осчастливило бы Кила, дало бы ему что-то лично для него, личную победу, возможность сделать выбор самостоятельно, только для себя самого. И боги, Кил заслужил хоть капельку счастья, зная, что все королевство — само существование их народа — лежит на его плечах, и что его призыв к исполнению пророчества был уже неизбежен.

Поэтому они разработали план: Кил заменит Заира на следующем задании.

Это даже не должно было быть опасным; ничего безрассудного вроде открытого боя. Это была операция, которую Заир и Орда провожали уже не раз, готовясь к ней неделями. Они знали планировку замка вдоль и поперек, вплоть до мельчайших деталей.

Ивара должна была открыть Проход; Заир, который обычно вел всех за собой, уступал место Руку — опытному и более чем готовому справиться с этой ролью без сучка и задоринки. Джи-Хо и Тадессе должны были страховать их на случай, если что-то пойдет не так.

Все, что требовалось от Кила, — это молча держаться в тени и перерезать горло зенаидскому военачальнику, пока тот спит. Самой сложной задачей должно было стать обнаружение шеи этого толстосума под грудами шкур и тяжелых золотых цепей. Этот конкретный военачальник нажил свое гигантское состояние на зерне и вине, которые он отбирал у собственных голодающих подданных. У него не было наследников, способных занять его место, и грызущиеся между собой младшие лорды начали бы войну друг с другом за освободившееся кресло — еще одна трещина в обороне Зенаиды.

Легкая победа. Первый вкус настоящего триумфа перед тем, как Кил полностью отдаст свою жизнь храму и воле богини Смерти.

Их разведданные не подвели: ублюдок спал, настолько ослепленный собственным величием и убежденный в своей неприкосновенности, что даже не удосужился выставить стражу за дверью. Но никто не учел, что у заместителя военачальника был проклятый Дар Видения. Каким-то образом она почуяла открытие Прохода и влетела прямо через окно.

Кил сражался доблестно, уложив и ее, и самого военачальника.

Он вернулся домой с победой, сияя от улыбки.

Как же приятно было видеть его таким счастливым.

Таким гордым.

Заир ждал его с бочонком крепкого напитка и целой толпой жаждущих внимания партнеров на выбор — мужчин и женщин. Заир лишь рассмеялся, когда Кил никого не выбрал, ведь тот уже готовился к встрече с Наследницей, чье появление было не за горами.

Они пили, радовались и смеялись, и Заир даже увлек в постель двух женщин, чтобы никого не разочаровать, а потом…

Что ж, потом он проснулся в самое адское утро всей своей жизни.

Хуже, чем в день своего рождения, когда его мать истекла кровью на родильном ложе, чтобы он выжил. Хуже, чем в день, когда отец впервые назвал его разочарованием и позором.

Хуже любой боли, которую он когда-либо испытывал.

Потому что они не учли главного: клинок той самой помощницы был смазан медленно действующим ядом.

Кил умер той ночью в одиночестве, в своей комнате во дворце Этолия — комнате, которая едва ли ему принадлежала, ведь почти всю свою жизнь он проводил в Верховном Храме.

По крайней мере, яд действовал безболезненно. После ночи веселья он просто уснул, а утром его нашла юная горничная Белла.

И теперь королевство Морайо оплакивало своего любимого принца, собственный отец Заира жаждал его смерти, и никто — даже он сам — не верил, что он способен сделать то, к чему с детства готовили его брата.

Тогда Кил занял его место на задании, а теперь Заир занял место Кила.

Он нашел Наследницу, но, как все и предсказывали… потерпел неудачу, не сумев убедить ее повести за собой его народ, и теперь у него не осталось времени.

Она начала проявлять свою темную силу, уже следуя по тропе своей связи с мертвыми. В любой момент она совершит оплошность, чертов Хор Эха обнаружит ее, и они не станут терять время на проведение ритуала.

Заир взял письмо, полученное по возвращении в Завуалированное Королевство, и рассеянно провел пальцем по королевской восковой печати отца.