— Пусть идут. Рук просто отвлечет его ненадолго, чтобы мы могли поговорить.

— Я не хочу разговаривать с тобой при всех. Ты меня подставишь под удар.

— Трактирщица даже не вспомнит, что мы здесь были, когда мы уйдем. А твой… э-э, друг, похоже, «схавал» нашу легенду.

— Для одного из самых умных адептов академии он невероятно туп, — скрестив руки на груди, бросила Одра. Она взглянула на часы на запястье. — Я даю тебе пять минут, прежде чем выйти на улицу и проверить, не сожрал ли твой друг моего. — Она не стала поправлять его насчет Ноэля, который ей вовсе не был другом; для него же было безопаснее, если Заир так решит. Наверное.

— Пять минут. Меня это устраивает. — Заир выдохнул, взмахнул рукой, и вокруг них возник невидимый купол-щит. Она догадалась, что он работает так же, как во время их столкновения на тренировочном поле. Никто их не увидит и не услышит. Ценная магия, ничего не скажешь.

Она наблюдала, как он на мгновение замер, словно тщательно подбирая слова. Он начал нервно ерзать — хотя это было на него не похоже. Она привыкла к его сочащейся уверенности, даже высокомерию. Он разгладил несуществующую складку на ткани рубашки, которая туго обтягивала грудь и подчеркивала крепкие мышцы его рук, а затем поднял руку, дернул за ленту, удерживавшую его пряди, и освободил их. Волосы рассыпались чуть ниже ушей, а передние пряди обрамляли глаза так идеально, будто он веками простоял перед зеркалом, добиваясь именно такого эффекта.

Его радужки были черными, как глубочайшие, тайные пещеры, и столь же нечитаемыми, хотя в них мерцали сияющие охристо-коричневые переливы.

Его голос звучал тихо, почти — но не совсем — робко.

— Я хотел начать с извинений… за свои прежние визиты, особенно за тот случай во время вашей тренировки… учения. Я был бессердечен и груб. Мне не стоило вести себя так нагло. Прости меня.

— Ты же прошел через все эти трудности вовсе не ради того, чтобы просто извиниться.

Он в знак согласия склонил голову. Его губы приоткрылись в улыбке, обнажая острия клыков во всей красе.

— Когда я сказал, что ждал тебя… я имел в виду не только сегодняшний вечер. Я ждал тебя всю свою жизнь.

Одра с неудовольствием заерзала на скамье. — Ты уже намекал на это раньше…

— Знаю, но я меняю тактику, ладно? Подыграй мне.

— Продолжай.

— У моего народа есть пророчество…

Одра застонала.

— Если бы я до конца своих дней больше никогда не услышала слово «пророчество», этого все равно было бы мало.

Тихий смешок Заира был мрачным и полным тайного смысла.

— Поверь, это чувство отзывается во мне сильнее, чем ты думаешь. И поверь, мне бы хотелось не быть тем, кто сообщает тебе это. Мне бы хотелось, чтобы груз моего собственного пророчества не давил на мои плечи.

Одра не любила признаваться в том, что ее интригует мысль о ком-то другом, кто тоже несет на себе тяжесть пророчества.

— Каким образом?

— У моего народа есть пророчество, которому уже тысячи лет. Однажды королевский наследник Завуалированного Королевства освободит свой народ из заточения в безжизненной земле мертвых, заберет запретную для них магию и вернет их в земли Вечной Жизни. Но видишь ли, это пророчество никогда не сможет сбыться в одиночку… Пророчество самого монарха без своей пары бесполезно…

Одра догадывалась, к чему он клонит, но позволила ему продолжить.

— Без истинного Наследника из пророчества наших врагов, Наследника Цикла, замысел монарха никогда не воплотится в жизнь. Его пророчеству суждено остаться неисполненным. Понимаешь ли, этот Наследник Цикла должен сделать выбор: пойти по стопам всех предшествовавших Наследников Цикла, выбрать фейри и тем самым подарить им еще один цикл магического правления, лишая остальной мир магии, которая по праву должна была принадлежать всем. Или же отвергнуть пророчество фейри и принять пророчество Завуалированного Королевства — разорвать порочный круг смерти и жадности, привести наш народ к победе, чтобы мы могли снова вместе жить под солнцем.

— Ты хочешь, чтобы я помогла демонам из подземного мира победить фейри?

— Да. — Он поморщился. — Нет. Я хочу, чтобы ты положила конец тысячелетнему контролю фейри над магией, их выкачиванию и удержанию природного ресурса, к которому должен иметь доступ каждый.

Это звучало странно знакомо — примерно так же, как ее недавний разговор с Ноэлем.

— Мир начинался вовсе не так; на заре времен времена года были короче и вообще не были переплетены с магией. Не было ни фейри, ни демонов, ни людей; мы были единым целым, жили в гармонии в мире без суровых сезонов, бок о бок с пантеоном богов, которые любили нас всех одинаково.