Пульс участился, когда я рассеянно поднял руку, обхватив ее за шею. Я провел пальцами по открытой ране, которую только что оставил; пронизывающая до костей потребность держать ее рядом смешивалась с давним чувством стыда — чем-то настолько мерзким, что было время, когда я приветствовал тишину и безумие.

Она подняла взгляд; кусок тоста замер у нее во рту, когда она поймала мой взгляд. Она придвинулась ближе, проглатывая тост так быстро, что это выглядело почти болезненно.

— Ты злишься на меня… — прошептала она сквозь слезящиеся глаза.

Я…

Ну, уже нет. Темная связь была зафиксирована, как бы невозможно это ни было.

— Нет, — сказал я ей.

Что было еще более странным, так это связь на ее шее, особенно теперь, когда я рассматривал ее вблизи. Для меня это был не просто укус; я мог видеть в нем второй слой. Темные связи, в отличие от других типов связей, можно было навязать омеге без согласия. Но я был провидцем, и для меня они выглядели иначе, если были принудительными, в отличие от тех, когда омега хотела связи.

Принудительные связи… Они были ядом.

Я нахмурился, задаваясь вопросом, откуда взялись эти образы… Теневые укусы, которые просачивались тьмой в окружающую плоть, словно инфицированная рана…

Я уже видел подобные укусы раньше, но укус Кресцент не имел с ними ничего общего. Это была темная связь, которую любой мог распознать по теневому оттенку следа от укуса, но она не была отравлена.

А это означало… Я мысленно вернулся к тому моменту, когда сделал это. Сначала я попытался связать ее нормальным образом, но она отвергла это.

— Ты хотела, чтобы я связал тебя темной связью?

Она кивнула.

— Мне пришлось объяснить это и остальным. Но золотые стаи опасны. Я могла бы свести вас всех с ума, если бы вы позволили мне вступить в нормальную связь. — Она замолчала, ее голос немного ослаб от выражения, которое промелькнуло на моем лице.

Я попытался стряхнуть его, открыл рот, затем снова закрыл.

— Я хочу знать, как темная связь закрепилась с учетом второго омеги в стае? — спросил Карма.

Я нахмурился; это несоответствие обрушилось на меня как мешок кирпичей.

Все это было настолько продиктовано инстинктами, что эта мысль даже не пришла мне в голову. Но…

«Темные связи не могут быть установлены в стае с другой омегой…» — эти слова исходили от него. Кусочек жестокости и зла из жизни, которая навещала меня лишь урывками.

Однако Син закатывал рукав, показывая мне укус на руке. Еще одна метка от меня, понял я, хотя и не помнил, как ставил ее.

Я нахмурился и уставился на нее.

Если раньше я думал, что отравленные темные связи выглядят странно, то это было ничто по сравнению с малиновым укусом на руке Сина.

— Что это? — спросила Кресцент.

— Понятия не имею, — ответил Син.

Я был в таком же замешательстве. Ни один из трех обычных типов связи не становился малиновым вот так.

Больше загадок…

Одна омега, которая верила, что она — проклятие, и другой, на ком оно могло быть.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы оторвать взгляд.

Он все еще был в связи. Вот что имело значение.

— Итак, каков план? — спросил я.

Глава 14

ФАНТОМ

У нас была омега с темной связью, наш вожак стаи больше не был одичавшим, и на всех нас были мишени.

Было трудно отвести взгляд от Кресцент. Она забилась под крыло Вандла, как застенчивый, но довольно довольный бездомный котенок, нашедший дом.

По ее шее все еще струилась кровь от жестокого укуса, который он ей нанес, но она была далека от огорчения. Я чувствовал ее через связь — вибрирующий комок тревоги, облегчения и… ну… абсолютного восторга.

Наше совпадение запахов…

Я не мог отрицать, что связь, какой бы запутанной и извращенной она ни была, успокоила ту часть меня, которая была на взводе с того момента, как мы уловили ее запах.

И вдобавок ко всему, было действительно, действительно трудно продолжать злиться, когда она то и дело ловила один из наших взглядов, а на ее щеках появлялся румянец. На самом деле, я не только не злился, но и хотел бы, чтобы она вот так же сидела под моей рукой. Пока я наблюдал, Карма, сидевший по другую сторону от нее, придвинулся немного ближе, косясь на нее при этом.

Его рука рассеянно скользнула по ее футболке, словно чтобы убедиться, что она здесь. Когда она это заметила, она придвинулась еще ближе, и ее кулак сжал ткань, а удовлетворение на мгновение заглушило ее нервозность в связи.

Мой взгляд был прикован к этому контакту достаточно долго, чтобы Карма заметил, что я смотрю. Он напыжился, на его губах появилась самодовольная улыбка.

Два омеги на одну стаю — здесь о таком не слышали. И стаи, и альфы-одиночки убили бы за омегу для темной связи. Особенно за таких омег, как Кресцент или Син.