Он взлетел. Я смотрел, как он уходит, молчаливый и одинокий в темноте мостика «Демиурга», его корабли перемещались с невероятной скоростью, озаряя пространство синими вспышками, похожими на излучение Черенкова. Сообщение Пританиса все еще звучало в моей голове.

Шесть слов.

Фрагмент. Воспоминание в свете. Почти часть микроволнового фона. Эхо не сотворения, а его послесвечения, сигнал, посланный до появления жизни на Земле. Мое имя. Мое имя! Он назвал меня по имени. До того, как образовались звезды, он позвал меня. До того, как Земля поднялась из звездной пыли, он оставил там это сообщение.

Было ли это предопределено, в конце концов?

Должно быть, да.

Я знал, что мне нужно сделать, и что из этого выйдет.

Моя тень мерцала и танцевала на полу, на непристойной скульптуре, которая доминировала в задней части мостика.

Трон пилота был пуст. Сирота был мертв и исчез.

Скоро я сам умру. Моя работа была закончена.

Мои пальцы схватили свисающие провода, электроды, с помощью которых камбион общался с этим ужасным судном. Я ни разу не пытался надеть их, ни разу не пытался использовать «Демиург» сам. Я поднял один. Кабель был сплетен из стекловолокна, скрученного в жгуты. Я прижал его к виску.

Ничего не произошло.

«Достопочтенный Цезарь?»

Я поднял глаза и увидел молодого Альбе, стоящего в проеме арки позади трона. Он надел очки цвета слоновой кости, привел в порядок форму, причесал волосы.

«А2».

Он выпрямился, став А2, а не просто Эдуардом. Затем устремил взгляд куда-то за мою спину, через плечо. «Вы звали меня, лорд?»

«Да», — ответил я и положил датчик на подлокотник трона, на котором даже я не имел права сидеть. Плащ, который я носил, тяжело давил на плечи — черно-белый, не совсем такой, как плащ ауктора, который я потерял, похожий на реликвию какого-то исчезнувшего королевства, его воротник и края были испещрены рунами на непонятном мне языке - и жестом пригласил мужчину подойти ко мне. «Эдуард, — сказал я, смягчая свою прежнюю официальность, — у меня есть для тебя задание, которое я не могу доверить никому другому».

Молодой человек моргнул и сделал пару шагов вперед. «Милорд?»

Сколько я осмелюсь ему рассказать? Могу ли я рискнуть раскрыть всю правду?

«Ты знаешь, что все это может закончиться провалом», — сказал я наконец. «Даже если мы доберемся до Земли. Даже если мы сможем ее захватить... мы можем быть уничтожены».

Адоратор молчал.

Я положил руку ему на плечо. «Я должен отправиться на Тенбу. По соображениям легитимности Селена должна поехать со мной. И Никифор, конечно. Мне нужен гомункул, чтобы контролировать генетический переход. Я также возьму с собой и Ниму. А Лин и джаддианцы будут сопровождать меня. Мне понадобятся их корабли».

«Ты отсылаешь ее...»

«Нет», — сказал я и убрал руку. «Нет. Она мне нужна».

«Кассандра никогда не...»

«Кассандра, — сказал я и поднял руку, напоминая ему, что я император, - сильная, но она ничего не смыслит в политике. Она будет нуждаться в тебе. Они будут нуждаться в вас обоих». Я дал этим словам повиснуть в воздухе. «Ты должен забрать их. Спрячьтесь. Вы с Кассандрой. Заберите с собой Отомно и ребенка. И дануанцев. И ирчтани. Анназу можно доверять...» К тому времени я уже подошел к окну и стоял, глядя на бушприт — город высоких башен. «Хорошо, что Лориан ушел. Если я хочу претендовать на трон, я не могу этого сделать, окруженный ксенобитами и варварами». Я улыбнулся, как будто этим мог смягчить воздействие своих слов. Они были плохой платой за столько лет верной службы. «Я хочу, чтобы ты взял черные корабли — все, если сможешь — а также «Гаделику» и «Аскалон»».

Эдуард молчал, его отражение в стекле окна было бледным, как у призрака. «Ты действительно собираешься уничтожить этот корабль», — сказал он тихим голосом. «Я не думал, что ты на самом деле...»

Я повернул голову, как сова, и посмотрел на него, чувствуя себя сыном своего отца. Когда Эдуард смущенно опустил глаза, я произнес: «Он выполнил свою задачу».

«Милорд...» Он сделал один маленький шаг ко мне. «Это... разумно?»

Одна бровь поднялась сама собой. «Я думал, что это тебя порадует».

«Да, порадует», — сказал он, слова так и посыпались из него. «Это так. Это оружие... оно не должно существовать, но оно существует. Повелители Земли, они...»

«Знаю», — сказал я. «Вы возьмете с собой одну из пушек «Темного Света». Она поможет вам оставаться в безопасности. Но остальные...» Я снова обратил внимание на окно. «То, что я сделал...»

«Их ведь больше, не так ли?» — спросил Эдуард.

Мое собственное отражение смотрело на меня, всего в нескольких дюймах от кончика носа. В стекле выделялись только белый воротничок и расшитая рунами подкладка плаща, так что казалось, будто там отражается бюст давно умершего короля. «Ты знаешь, что так и есть». Мои слова звучали, как будто их произносил кто-то другой. «Оружие Архонтов нарушает законы природы. Оно... как приманка для них».