«Возможно», — ответил я и почувствовал, будто говорит кто-то другой, будто я — тень, давно покинувшая свое тело. «Мы должны встретиться с нашими союзниками».

«Лорд Марло», — сказал человек, который обратился ко мне. «Вы действительно уничтожили эту звезду? Говорят, что вы уничтожили ее, захватив весь флот Бледных...»

Я только посмотрел на него. Кровь отлила от его лица.

«Хватит, Джон», — сказал старший, хлопнув мужчину по уху.

Не обращая внимания на происходящее, я спросил: «Арго с вами нет?»

«Нет», — ответил старик. «Он на лодках».

Я кивнул в знак согласия. «Скажите ему, когда увидите, что я хочу с ним поговорить». Я держал рыбу, не попробовав ее. «Спасибо за еду, — поблагодарил я, — вы очень добры».

«Не останетесь ли вы пообедать с нами, лорд?» — спросил мужчина, который дал мне рыбу.

Я заколебался. Могу ли я остаться? Посидеть среди этих добрых людей? Остаться... человеком?

«Джон, — вмешался пожилой мужчина, как будто стремясь замять неуважительное отношение своего молодого товарища к правилам хорошего тона, — позови детей, ладно? Еда готова».

Понимая, что его приструнили, молодой мужчина встал, стоная. Он потер ухо, по которому пожилой мужчина ударил его. «Да-да», — согласился он и, сложив ладони рупором, закричал в сторону берега, где играли дети. «Алекс! Гектор! Уилл! Собирайтесь все вместе и возвращайтесь сюда! Еда готова!»

Один из мальчиков постарше помахал нам, и вскоре все они направились в нашу сторону по пологому берегу, шутя и смеясь на ходу. Среди них был Кит, единственный темноволосый мальчик, смотревший на меня широко раскрытыми глазами. Нервничая, он поздоровался со мной, и я улыбнулся.

Он отметил рыбу, которую я держал в фольге, и его глаза стали еще шире. «Вы будете есть с нами?»

Я посмотрел на старшего и молодого Джона. «Всего на минутку», — улыбнулся я мальчику, который спас мне жизнь, когда город ополчился против нас. «Я не могу остаться».

Но в конце концов я все-таки остался и ел их хлеб и жареную рыбу, слушал их шутки и песни. Наконец Арго вернулся с еще большим количеством рыбы, и с ним был юный Виктор.

Я все думал о джаддианских джунглях. О сгоревших деревьях. О черной земле. О смерти от огня.

И о жизни, которая наступала после.

Мир закончился — и не закончился.

Жизнь продолжалась.

«Что скажете, лорд?» — спросил молодой Джон.

Фольга, в которой была моя еда, лежала смятой на земле рядом со мной. Я не слышал вопроса, поэтому покачал головой. Реальный мир мужчин и женщин, детей, семьи и друзей...

...ничто из этого не казалось реальным.

И все же это было реально. Еда, которую я съел, была настоящей едой. Вода, которую я пил с ними, была настоящей водой. Смех людей вокруг меня был настоящим смехом. Их радость была настоящей, как и их покой. История не закончилась, как и жизнь...

Но между нами была пропасть, пусть только в моем сердце.

Я не чувствовал радости, не знал покоя. То, что я сделал... приказ, который я отдал, стоил жизни миллионам. Тем людям, которые все еще сражались по всей системе. Тем рабам, запертым на каждом корабле сьельсинов. И самим сьельсинам: гордой расе, какой бы извращенной она ни была.

Как я мог жить с тем, что сделал, когда даже бог, который повелел мне это, отвернулся от меня? Мне казалось, что люди вокруг меня смеялись и шутили, потому что у них была надежда, надежда, которая для них была не тучей, а сияющим светом. Их будущее простиралось перед ними, открытое, как безграничное пространство между звездами.

Мое же будущее казалось закрытым. Узкие ворота, ставшие еще уже.

Почему он молчит?

Я замер.

Кит пристально смотрел на меня. Я понял, что у мальчика зеленые глаза. Разве я не замечал этого раньше?

Они были у всех. У каждого из них. У каждого мужчины, женщины и ребенка с Дану, которых я спас.

У каждого из них.

Зеленые глаза.

ГЛАВА 84 СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ

Этот день не был ни следующим, ни последующим. Мы договорились о встрече — последней встрече — мои союзники и я. Мы встретились в темноте, на расстоянии более светового года от руин Гододдина... и вот она...

Моя звезда. По-прежнему казавшаяся целой. Свет ее смерти приближался, смертоносная волна, которая уничтожит все на своем пути. Свет — казавшийся вечным — сиял сверху, а ее далекие родственники освещали тот самый сад, где когда-то я встретил свою смерть.

«Бассандер Лин прибывает», — сообщила Селена, встав у меня за спиной. «Альбе сказал, что его шаттл только что покинул «Бурю».

«Хорошо, — кивнул я, — пойдем встретим его...»

Пурпурные лилии покачивались на искусственном ветру, и я наблюдал, как пчела покинула один цветок и начала свой извилистый путь к следующему. Вид ее напомнил мне о «Тамерлане», о беседке у зарослей базилика, выращенного на гидропонике, где я писал и рисовал во время наших долгих полетов между звездами.

«Есть какие-нибудь новости от Лориана?»

Я знал ответ. Ничего не было.