Она отдернула ее, сложив ладони перед собой, словно в молитве. Ее глаза блестели. «Тогда возьми меня с собой».

Кассандра, стоящая за ее плечом, кивнула и улыбнулась.

Валка, прости меня.

«Мы летим на войну», — пояснил я.

«Я знаю это», — ответила она. «Но мне все равно».

«Ты больше не увидишь свою семью».

«Мне все равно».

«Ты можешь погибнуть», — попытался я снова.

«Адриан», — воскликнула она с горящими глазами. «Возьми меня с собой».

Мгновение я колебался, переводя взгляд с Кассандры, улыбка которой не сходила с лица, на экскувитора Веруса, чье лицо было нечитаемым. Холден все еще стоял на коленях, опустив глаза в присутствии Крови Бога-Императора.

Ирчтани склонил голову набок.

«Хорошо», — произнес я наконец и протянул ей руку ладонью вверх.

ГЛАВА 29 ПЕРЕД ОГНЕМ

Что я могу сказать об этом путешествии? Об этой похоронной процессии через звезды?

Немного. Очень мало.

Мы встретились с «Демиургом» в заранее оговоренном месте — в неизведанной части космоса в нескольких световых годах от системы Гододдина, еще одном месте, где никогда не бывал и никогда не будет человек. Именно там нас нашли корабли Кулла — белые хедроны, длиной не более мили — и черные корабли Лина. Они прибыли на борт через несколько дней. Непростая задача — разместить столько кораблей в трюмах «Демиурга», особенно такие огромные, как «Буря» Лина, которая, хотя и не была такой большой, как «Тамерлан», все же имела длину около пяти миль от носа до кормы.

Лин, конечно, когда-то, давным-давно, был на борту этого ужасного корабля. Он убил там Кхарна Сагару, в саду, где Араната лишил меня жизни, и мы прогулялись туда еще раз, где я рассказал ему о копии Валки и показал курган. Рассказал ему о проекте «Ангелус» Кхарна, о его попытках воспроизвести мои так называемые силы.

«Ты говорил, что у Капеллы тоже есть твоя кровь?» — спросил он меня, стоя среди пурпурных лилий фальшивым туманным утром. «Думаешь, они сделают то же самое?»

«Думаю, они уже пытались», — ответил я. «Но потерпят неудачу, так же как потерпел неудачу Кхарн». Я опустился на колени и коснулся одной из лилий Валки. «То, кем я являюсь, не в моей крови».

«Всю свою жизнь, — сказал он, не оспаривая моего утверждения, — я молился в святилище... верил...» Он ткнул тростью в суглинок. «Подумать только, что священники были колдунами...»

«Они никогда не были священниками…» — возразил я. «Земля — всего лишь место, Бассандер». Я посмотрел через стеклянную крышу на мерцающий хаос звезд. «Если тебя это как-то утешит, твой Бог-Император был... таким же, как я».

Старый солдат вздрогнул.

Лин опустился на поваленное бревно. «Сколько из того, что мы знаем, является ложью?» — спросил он, голос его звучал тихо и задумчиво. «Сколько из нашей истории?»

«Почти все», — только и смог ответить я.

Почти все.

Прошло много месяцев, прежде чем мы прибыли на Бракару, расположенную за станцией Дион, на окраине Рукава Центавра. Там мы задержались, на краю системы, ожидая предсказанного удара молота.

Финальной битвы.

То, что должно было стать финальной битвой — стало бы финальной битвой...

Если бы не Кассандра.

Недели шли на Бракаре. Месяцы. Наконец пришло известие, что флот джаддианцев прибыл на Гододдин. Там они должны были остаться и координировать свои действия с основными силами имперской армады и ее союзниками на случай крайней необходимости. Если я потерплю неудачу, координация обороны ляжет на их плечи. С их атомным оружием они, возможно, смогут нарушить энергетические структуры, из которых состоят тела — тонкие тела — Ушары и Миуданара...

...или будут уничтожены.

Если бы мы преуспели, Гододдин стал бы нервным центром новой военной кампании. Война со сьельсинами превратилась бы в Охоту на сьельсинов, а Форт Дин стал бы главным органом сопротивления людей. Оттуда наши флоты отправлялись бы один за другим и нападали на разрозненного, раздробленного врага. Мы больше не прятались бы на наших планетах, в наших бункерах. Больше не мчались бы по звездам в надежде нанести удар по врагу, пока он не исчез.

Мы стали бы охотниками, бродящими по лесам ночи, выгоняющими сьельсинов из их нор.

Наконец-то мы снова стали бы хищниками.

Но я не ошибся в своих предположениях, и через год после нашего прибытия на Бракару... мы ушли.

Дхаран-Тун ждал нас.

Дхаран-Тун. И Дораяика.

И два его мятежных бога.

ГЛАВА 30 ДАЛЕКИЙ СВЕТ

«Его здесь нет...» — сказал я, изучая голограмму, которая призрачно парила над голографическим колодцем перед железным троном «Демиурга». Глядя сквозь эту проекцию, я обратился к Сироте, монстру, сидящему над всеми нами. «Почему его здесь нет?»

Ужасный титан медлил с ответом, глаза его головы с волосами цвета льна закатились, ища ответы, записанные в глубине его собственного мозга.