- 8 -

- Вставляйте беруши! Сейчас же! - сказал Уилкинс, осознавая, что отдает приказ двум старшим офицерам, но понимая, что откладывать нельзя.

Двое мужчин немедленно подчинились, не задавая вопросов. Ощущение эйфории ослабло, но не исчезло полностью.

Затем началось пение - тот же хор на фоне шума ветра, что и раньше. И снова Уилкинс не почувствовал необходимости реагировать на это. Вигго, с затуманенным взглядом, сделал шаг к набережной, но Бэнкс остановил его, положив руку ему на плечо. Вигго покачал головой, словно пытаясь прояснить мысли, а затем, когда его взгляд вновь стал ясным, показал им знак "ОК", соединив большой и указательный пальцы.

Уилкинс увидел, как Бэнкс опустил свои очки ночного видения, и последовал его примеру. Всe вокруг приобрело привычный зелeный оттенок. Он повернулся лицом к морю, и вдруг вся эйфория полностью испарилась. На набережной стоял ряд фигур; с первого взгляда ему показалось, что это могут быть те самые палочковые фигурки, которые он видел в записной книжке, но потом он понял, что у этих фигур все конечности на месте, хотя тела явно не совсем человеческие: они были выше и худее, чем следовало бы, с слишком длинными руками и бочкообразными грудями над почти осиными талиями. Глаза, похожие на тарелки, блестели, как фары автомобиля, и казалось, что все они пристально смотрят на троих членов отряда, в то время как ветер усилился, а пение стало громче.

На этот раз вперед шагнул Бэнкс, но его удержал Вигго.

- Спокойно, ребята, - сказал Вигго, поднимая винтовку и отступая на два шага. - Идите ко мне. По-моему, пора искать укрытие.

Фигуры остались на своих местах на верху гавани; Уилкинс насчитал их дюжину. Они не проявляли никаких признаков намерения преследовать, пока трое мужчин медленно отступали через дорогу к двери бара.

Они услышали, как с другой стороны отщелкнулся замок. Дверь распахнулась, и на пороге стоял Дэвис с поднятым оружием.

- Заходите. Я вас прикрываю.

Они отступили вглубь бара. Существа на набережной по-прежнему не шевелились. Как только Дэвис захлопнул и запер дверь, пение резко оборвалось, и снова воцарилась тишина.

- Что это, черт возьми, было? - спросил Дэвис.

- Черт его знает, парень, - ответил Вигго, снимая очки и моргая от яркого света в баре. - Все, что я знаю, у меня чертовски твердый стояк, и я ни черта не могу с этим поделать.

Дэвис принес с барной стойки пиво и пачки чипсов, пока капитан вводил его и Сетона в курс дела о своих находках. Глаза старика загорелись, и он выхватил у капитана блокнот, словно ребенок, хватающий конфетку.

- Это может быть именно то, что я ищу.

- Будем надеяться, - ответил Вигго. Он стоял у окна и смотрел на набережную. - Потому что эти ублюдки никуда не делись. Они всe ещe там. Просто наблюдают за нами. Честно говоря, это чертовски жутко, вот что это такое.

- Они опасны? - спросил Бэнкс. - Это первый вопрос.

- Первый из многих, я уверен, - ответил Сетон. - Но да, думаю, можно с уверенностью предположить, что они недружелюбны.

- Недружелюбны? - сказал Вигго, возвращаясь к столу, чтобы взять пиво. - Ты видел, что случилось с твоим приятелем чуть раньше. Я бы сказал, что это было чертовски враждебно.

Сетон побледнел при этом воспоминании.

- Ага, тут ты прав. Нам нужен план. Мы не можем просто сидеть здесь. Эта инфекция может распространиться слишком легко. Можешь представить, если она доберeтся до Стромнесса или Киркволла? Или, не дай Бог, до материка?

- Инфекция? - спросил Бэнкс. - Это именно то?

- За неимением лучшего слова, да, - ответил Сетон. - Судя по тому, что случилось с Джерри, думаю, можно предположить, что это, по крайней мере, что-то заразное.

- В таком случае нам нужно выяснить несколько вещей, - ответил Бэнкс, перечисляя на пальцах. - Как и почему это началось, как и почему распространяется, сколько их, чего они хотят и...

- ...и как это остановить, - закончил Сетон. - Я знаю. Я знаю. Я над этим работаю.

- Работай быстрее, - резко сказал Бэнкс.

Капитан разрешил всем выпить по одной пинте пива, а затем организовал дежурство у переднего окна и двери. Первую вахту взяли он сам и Вигго. Старик Сетон погрузился в мрачные глубины записей в кожаном блокноте, а Уилкинс впервые остался наедине с Дэвисом. Он задался вопросом, если капрал испытывает такое же чувство неловкости, как и он сам. Как оказалось, Дэвис хотел поговорить.

- Я скучал по тебе, чувак, - сказал Дэвис, зажигая сигарету. - И прости насчeт этого повышения... я же не мог от него отказаться.

- Ага, я понимаю, - ответил Уилкинс. - Не нужно из-за меня переживать. Тебе это идeт. Но тебя гложет что-то ещe. Мы уже давно дружим, я тебя знаю. Давай, выкладывай. Если дело не в повышении, то в чeм же?

Дэвис так долго не отвечал, что Уилкинс чуть не спросил ещe раз, но тут капрал заговорил, и в его голосе заметно было волнение.