— Зачем я здесь? — Он делает шаг назад, с ног до головы оглядывая меня. Его взгляд снова задерживается на моем глазе, словно он до сих пор не может поверить в то, что видит. — Я мог бы задать тебе тот же вопрос. Последнее слово подчеркивается быстрым, злобным выпадом, который скрежещет по краю моего лезвия, так как я едва успеваю вовремя парировать.

Я отпрыгиваю назад.

Он следует за мной, обрушивая град точных, сокрушительных ударов. Даже с помощью силы Сески мне стоит больших трудов поспевать за ним.

Через минуту я меняю тактику; я позволяю ему оттеснить меня на несколько шагов, давая почувствовать ложное ощущение силы и контроля. Мое усиленное зрение сканирует его тело, следя за каждым малейшим движением его мышц, замечая, как опускается его плечо, как корпус наклоняется для удара сверху…

Когда этот следующий удар обрушивается сверху, я делаю шаг ему навстречу, позволяя лезвию лишь оцарапать мою покрытую чешуей руку, вместо того чтобы тратить энергию на полноценный блок, а затем наношу удар локтем снизу вверх ему в челюсть. Он шатается. Я делаю подсечку, прежде чем он успевает прийти в себя, и он с грохотом валится на спину.

Я нависаю над ним, прижимая плашмя лезвие к боку его шеи.

— Маленькая предательница, — рычит он, глядя на меня снизу вверх.

Это слово застает меня врасплох, и это, должно быть, отражается на моем лице, потому что он одаривает меня неприятной ухмылкой и поясняет:

— Служанка короны Мурена, послушная маленькая шлюшка Рива, вырядившаяся в его цвета. Я надеялся, что слухи о тебе преувеличены, но, похоже, все так и есть.

— Я ничья не служанка, — говорю я. — Я просто защищаю людей.

— Людей, которые заслуживают быть зарезанными так же, как это королевство зарезало бесчисленное множество других.

— Никто этого не заслуживает. Есть невинные…

— В этом городе нет никого невинного.

Я сжимаю меч обеими руками, вонзая его кончик глубже в землю и еще надежнее упираясь в него.

Мое внимание привлекает движение: от дальней лесной полосы за павильоном появляется отряд солдат Дральска с факелами и опущенными мечами, двигающийся в дисциплинированном строю.

Мое равновесие на мгновение нарушается, и лорд Фарон пользуется этой возможностью, чтобы выкатиться из-под моего удара и с отточенной легкостью вскочить на ноги. Его темные глаза мечутся из стороны в сторону, оценивая меняющееся расположение сил и просчитывая варианты.

Даже с силой связи с Сеской, бушующей в моей крови, у меня слишком мало шансов победить в одиночку.

Но лишь на мгновение.

В следующее же мгновение появляются мои собственные подкрепления во главе с Ривом. Десятки солдат Мурена веером расходятся по обе стороны от нас, а Рив кладет руку мне на локоть и оттягивает за спину, принимая защитную стойку между мной и Фароном.

Лорд Фарон наблюдает за этим с холодной, выверенной улыбкой.

— В этом нет необходимости. Мы сегодня не за ней — мой государь намерен забрать ее лично, в свое время. Что же касается сегодняшнего вечера… — Его взгляд смещается в сторону дворца. — Мы здесь, чтобы уладить другое дело.

— Неужели? — тянет Рив. — Что ж, мне до смерти интересно, какое именно дело оправдывает подобный уровень театральности. Не томи.

— Вы удерживаете в плену одного из наших людей. Выдайте его нам немедленно, иначе будут последствия.

— Последствия? — Рив издает холодный, пренебрежительный смешок. Его пальцы сжимаются в кулак, словно он собирается отдать какой-то знак своим солдатам.

Прежде чем он успевает это сделать, Фарон щелкает пальцами, и из тени появляются трое людей в масках, волоча за собой связанных и с кляпом во рту Кестрел.

Глава двадцать девятая

Внезапный, исполненный ярости прилив силы, исходящий от Рива, перехватывает мне дыхание.

— Убери от нее руки, — говорит он. — Сейчас же.

Фарон качает головой. — Боюсь, все будет не так.

Воздух вокруг нас словно сгущается и замерзает, липнеем изморозью оседая на моей коже и делая каждый вдох болезненным. Я слышу зловещий крик далеких драконов — резкие, пронзительные вопли, которые стремительно приближаются, словно они почувствовали эту внезапную вспышку силы Рива и тут же развернулись в воздухе, чтобы ответить на нее.

— Но мы готовы обменять ее на безопасное освобождение нашего человека, — спокойно произносит Фарон.

Рив не отвечает. Минуты тянутся в напряженной, взрывоопасной тишине. Это похоже на наблюдение за искрами, зависшими над сухим хворостом, которые только и жгут в ожидании вспышки.

Кестрел выглядит так, будто обдумывает идею попытаться вырваться и в одиночку свернуть шеи всем прикасающимся к ней мужчинам. Она уже вся в крови, но в остальном держится совершенно нормально. Совершенно способная на бойню. Я подозреваю, что ее пачкает чужая кровь, и задаюсь вопросом, сколько людей она успела прикончить, прежде чем они умудрились её схватить.

— Не заставляйте меня переходить к насилию, — говорит Фарон, озаряя всех улыбочкой, от которой у меня складывается впечатление, что насилие — это как раз то, от чего он получил бы искреннее удовольствие.