— Я бы никогда. Я потрясён, что ты такого низкого обо мне мнения.

Его хмурость превращается в ухмылку.

— Я серьёзно. Ты не можешь здесь оставаться.

— Кто сказал?

— Я сказала! Человек, который уже здесь живёт.

Он цокает языком.

— Боюсь, твоя власть здесь составляет только пятьдесят процентов права принимать решения. Остальные пятьдесят процентов кровати — мои. Ты бы не оказалась в таком положении, если бы не принимала решения по ремонту без моего одобрения.

Во мне начинает подниматься вихрь паники.

«Он серьёзно собирается здесь остаться? Спать в моей кровати?»

Если я снова проснусь, окутанная его мужским запахом, с его пальцами в волосах, я, возможно, реально начну мурлыкать, как кошка.

«Просто успокойся. Будь милой. Извинись. Может, он уйдёт. План бесполезный, но это мой единственный вариант».

Я глубоко выдыхаю.

— Прости за решения, которые я приняла без тебя. Контракт на фреску был подписан несколько недель назад, ещё до всей катастрофы с забором и плиткой. С тех пор я вела себя хорошо.

— Хмм, вот если бы я только мог доверять тебе и дальше быть хорошей девочкой.

Он садится в моей кровати, одеяло собирается у него на талии, а моя подушечная баррикада падает с его бёдер от движения.

Я наполовину ахаю, наполовину вскрикиваю, закрывая глаза и отворачиваясь. Под одеялом происходит огромная палаточная ситуация, которую закрывала подушка, пока он не пошевелился.

— Что это?

— Некоторые называют это «утренним стояком». Но твоя реакция делает причину твоего развода для меня гораздо понятнее.

Я поворачиваюсь к нему и сверлю взглядом, когда он встаёт. Я отказываюсь опускать глаза и смотреть, но, господи, он большой.

— Мой развод не имел никакого отношения к моему отсутствию навыков в спальне.

«Может быть. Ладно… может, имел. О, блядь, имел?»

Щёки розовеют от мысли, что, возможно, Эндрю гулял от меня, потому что я была слишком ванильной в постели. У нас не было секса месяцами после выкидыша. Я была подавлена и ощущала внутри пустоту.

Я не порнозвезда, но никогда не считала себя скучной в постели… до этого момента. Я всегда была готова пробовать новое и делать ему минет. Мы даже однажды попробовали анал, прежде чем больше никогда-никогда к этому не возвращаться. Ладно, мы попробовали примерно на пару сантиметров, прежде чем я очень твёрдо всё пресекла и сказала ему, что если он хочет попробовать ещё раз, ему стоит найти для этого мужчину, потому что тому, вероятно, понравится куда больше, чем мне.

— Вижу, ты правда задумалась.

Я вздрагиваю, понимая, что Дейтон подошёл ко мне ближе. Он протягивает руку, будто собираясь коснуться моей, но останавливается, не дотронувшись, и опускает её вдоль тела. Его брови нахмурены от беспокойства.

Я вскидываю подбородок, ненавидя себя за то, как сжимается горло.

— Мне не нужны ни твоя жалость, ни твои советы по поводу моей сексуальной жизни.

Я фыркаю и двигаюсь к ванной в крошечной студии, которая будто стала ещё меньше с тех пор, как Дейтон в неё вторгся.

— На самом деле мне нужно, чтобы ты любезно освободил мою скромную обитель, чтобы я могла набраться опыта, который ты так великодушно предложил. Думаешь, на этом острове найдутся желающие? Или мне слетать в Майами и попытаться подцепить незнакомца, который там в отпуске?

Его взгляд темнеет.

— Кажется, я достаточно ясно дал понять, что не уйду и не стану рисковать тем, что ты разрушишь наш шанс на прибыльное наследство перерасходом бюджета по проекту.

Я пожимаю плечами, чувствуя, как во мне вспыхивает радостное возбуждение, когда понимаю, что задела его за живое.

— Понимаю. Ну, в таком случае, уверена, будет не так уж сложно получить приглашение в номер какого-нибудь джентльмена. Может, я притворюсь, что моя машина сломалась прямо возле пожарной станции. Люблю мужчин в форме.

Его челюсть дёргается. Он скрещивает руки на груди, но больше не говорит ни слова, пока я исчезаю в ванной, закрывая за собой дверь.

Я не собираюсь разбираться в причинах того, почему он, возможно, выглядел немного ревнивым при мысли, что я могу переспать с незнакомцем, и почему мне так чертовски нравится это ощущение.

«Нет. Не пойду туда». 

Глава 17

Саммер

Тринадцать лет назад

Уилл в бешенстве. Он летит прямиком туда, где милуются Дейтон и Аурелия. Я ахаю, когда он отталкивает Дейтона назад, пихая его в грудь.

Дейтон вытирает рот тыльной стороной ладони, на его лице застыло выражение скуки и самодовольства. Уилл повышает голос, переводя взгляд с Дейтона на Аурелию. Я медленно подхожу ближе к месту их ссоры, но не знаю, стоит ли оставаться в стороне или вмешаться. Кусаю нижнюю губу и заламываю руки, пока другие одноклассники начинают оборачиваться и глазеть на них.