Потом Кэми решительно оттолкнула эту мысль: переживания об Итане сейчас ей не помогут. Единственное, чего она добьётся, – Коннор тут же уберёт её с дела, если заметит, что она отвлекается. Она не могла позволить себе рассеянность и должна была сосредоточиться.

Там, у главной двери, она увидела, что участок в несколько квадратных метров обтянут лентой с обозначением места преступления. Прямо у дверей – там, где всё закончилось. Кэми отпрянула, представив, какой страх должна была испытать Давина.

Они остановились задолго до места, надели перчатки, шапочки и бахилы. Ками надеялась: если была борьба, убийца мог оставить какие-нибудь следы. Но раз на двух других местах их не нашлось, она опасалась, что он действовал слишком осторожно.

Вот серёжка – рядом с ней стоял номер, выставленный полицией.

И часы. Они тоже лежали на искусственном покрытии, и рядом с ними был поставлен номер.

Приглядевшись, Ками поняла: это фитнес-часы, спортсменка явно тренировалась с ними.

Фитнес-часы, как и большинство «умных» устройств, обычно можно взломать.

Ками пришла в голову мысль. Возможно, с этого места можно снять больше – не просто улики, а буквальный, физический след того, через что прошла Давина.

– Попробую влезть в эти часы, – пробормотала она.

У неё уже было предположение, что может означать цифра, нацарапанная на руке у Давины.

Права ли она? Всё зависело от того, какие данные успели записать часы прежде, чем их хозяйка умерла в ужасе.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Открыв телефон и запустив нужную программу, Ками принялась пытаться получить доступ к брошенным часам жертвы. Ремешок был порван, но сами часы выглядели целыми. И заряда в них оставалось ещё примерно на час. Ками предположила, что после смерти Давины часы просто ушли в спящий режим – мониторить было нечего.

Что она сможет узнать из этой леденящей душу информации?

Программа поймала сигнал Bluetooth. Теперь нужно было добраться до сохранённых записей.

Вот начало тренировки Давины. Здесь она включила отслеживание пробежки.

– Смотри, – сказала она Коннору. – Я связалась с её часами. Посмотри, что они показывают.

Он наклонился ближе, уставившись в экран.

– Вот здесь началась тренировка, – сказала Ками, указывая на точку. – Видишь, она подходила к делу научно. Поставила сигналы, когда нужно ускориться и когда сбросить темп, и ещё уведомления, если пульс поднимется выше или опустится ниже заданного диапазона. То есть она относилась к этой тренировке серьёзно.

– Да, параметры вижу, – ответил он.

– Вот первый час. – Ками быстро провела пальцем по экрану, проматывая мелкие колебания. – Тренировка длинная. Думаю, это мог быть её последний тренировочный забег перед соревнованием.

Она следила за графиками и показателями по мере того, как продолжалась пробежка. Было видно: Давина выдыхалась. Скорость постепенно падала, а пульс оставался высоким.

Но потом произошло кое-что.

Ками ахнула, увидев, как скорость резко подскочила вверх. Давина ускорилась – бросилась бежать, спасаясь.

– Здесь она, должно быть, его увидела, – сказала Ками. – Она точно поняла, что что-то не так. Смотри, как она понеслась. Вот её скорость.

– И пульс – в красную зону, – заметил Коннор.

И теперь Ками увидела ещё одно.

– Здесь она, должно быть, была у дверей. Потому что скорость теперь стоит на месте. А пульс всё равно скачет.

– Значит, точно дралась с ним, – сказал Коннор, глядя на то, что выдавали часы. Женщина больше не двигалась, но пульс – запредельный. Она боролась за жизнь. Он догнал уставшую женщину – на внутренней дорожке с запертыми дверями это было несложно – и напал.

Потом пульс внезапно застыл.

– Вот момент, когда часы слетели с запястья, – сказала Ками. – Пока она отбивалась. Дальше, думаю, она умерла, но раз часы упали, мы не видим самого момента смерти. Хотя борьба длилась пару минут.

Ками посмотрела на число на дисплее часов. И в её голове сложилась та самая связь, о которой она думала, когда решила проверить устройство.

Она оказалась права – и Ками почувствовала, будто шагнула в сознание убийцы.

«Коннор, смотри! Эти часы перестали записывать её сердцебиение на отметке сто восемьдесят ударов в минуту. И ровно это число было написано у неё на руке».

«Да, верно». В голосе Коннора прозвучал интерес.

«В тот момент часы должны были работать и показывать данные. Как думаешь, он увидел и записал? Он хотел подчеркнуть, что скорость её сердца – перед тем, как оно остановилось, – имела значение?»

«Это прямая связь с показаниями фитнес-устройства», – согласился Коннор. – «Отлично, Кэми. Это может быть важно, и мы можем развить эту ниточку. Это даёт нам представление о его мышлении. Но не о его методе».

По-прежнему невозможно было точно понять, что именно произошло: задушил ли он её, перекрыл ли ей дыхание каким-то образом – или же нашёл другой способ убить, прежде чем записать частоту её пульса на руке.