Они оказались в районе, полном маленьких аккуратных домов – всё вокруг дышало семейным уютом. Кэми увидела, как мама с двумя детьми переходят дорогу, направляясь к парку с качелями и лазалкой. Двое подростков катались на скейтбордах на соседней улице. Мужчина работал в саду, подстригая живую изгородь.

Коннор остановился возле опрятного кирпичного домика; на подъездной дорожке стоял красный «Мини». Кэми вышла из машины и вместе с ним пошла по дорожке к дому.

Коннор нажал на дверной звонок, и после паузы дверь открыла молодая женщина. Вспомнив фото из досье, Кэми отметила: тёмные волосы и глаза – точь-в-точь как у Джилл Уайтли. На вид ей было под тридцать, и лицо у неё было измученно-напряжённым.

– ФБР, – сказал Коннор, показывая удостоверение. – Мэм, вы Эйми Уайтли?

– Да, – ответила она дрожащим голосом. – Полагаю, вы хотите задать вопросы о Джилл?

– Если вы сейчас в состоянии отвечать. – Голос Коннора звучал вежливо. – Понимаю, вы, должно быть, очень расстроены, но любые сведения помогут следствию.

– Да… думаю, смогу. Полиция уже разговаривала со мной на следующий день после… после того. Проходите.

Она провела их в небольшую гостиную. Там Кэми невольно растрогало: на журнальном столике стояло несколько фотографий Джилл, рядом – большая горящая свеча.

– Я просто убита этим… Мы были очень близки, – сказала Эйми и опустилась на диван, глядя на снимки и часто моргая.

Кэми и Коннор сели напротив, на другой диван.

– Мне очень жаль, – сказала Кэми.

– Расскажите о жизни Джилл. У неё были отношения?

– Нет. Она была одна. Мы обе одни. Джилл занималась триатлоном. Она жила этим спортом и надеялась, что её возьмут в одну из сборных штата, и тогда она сможет продвинуться дальше.

– Значит, она очень усердно тренировалась? – с сочувствием спросил Коннор.

– Да. Она весь год тренировалась на износ. Это и была её жизнь, по сути. Спортом она занималась с детства. Это было частью её самой.

Глаза Эйми блестели от слёз, лицо сводила судорога горя. Кэми видела, как больно ей думать о том, что сестру убили. Похоже, Эйми изо всех сил сдерживала слёзы, готовые хлынуть потоком.

– У неё были враги? Кто-то, кто мог желать ей зла? – спросил Коннор.

– Нет. Ни за что. Она вообще не такой человек. Она ни с кем не ругалась. Днём она работала в спортзале. Когда не тренировалась сама, занималась с клиентами.

– В спортзале не было проблем с людьми? Кто-то приставал к ней? – Голос Коннора стал серьёзнее. – Мы заметили, что при ней был перцовый баллончик. Почему?

Эйми задумчиво прищурилась.

– Перцовый баллончик? Это мне кое-что напоминает. Она и правда упоминала баллончик. И обычно она его не носила. Она всегда шутила, что её так просто не напугаешь, – сказала Эйми.

Кэми тревожно ждала, надеясь, что та вспомнит. И Эйми вспомнила – решительно кивнула.

– Она сказала, что в спортзале были проблемы: несколько клиенток жаловались, что к ним приставал какой-то тип, который там ошивался, и ей самой пришлось принять меры. Но она его не знала. Просто какой-то случайный незнакомец. Думаете, это он мог быть убийцей? – спросила она, и в её взгляде снова вспыхнул ужас. – Я полиции не сказала. Они спрашивали только, не следил ли за ней кто-то и не ссорилась ли она с кем-нибудь. Про этого мужчину я тогда не подумала.

– Иногда детали вспоминаются не сразу, но нам важно всё проверить, – сказал Коннор. – Любая информация может оказаться решающей. Джилл подавала на него официальную жалобу?

– Она говорила, что собирается, но больше я ничего не слышала. К сожалению, на прошлой неделе я свалилась с гриппом, и мы не виделись, как обычно. Она избегала людей с гриппом: при такой форме ей было опасно подхватить вирус – у неё скоро должны были быть соревнования. Так что я так и не успела узнать.

– Вы нам очень помогли, – похвалил Коннор.

Так и было. Когда они поднялись, снова выразили соболезнования и собрались уходить, Кэми понимала: визит получился очень полезным. Во-первых, они узнали, что Джилл не была пугливой. Если она побежала от предполагаемого убийцы, на то должна была быть очень веская причина – и Кэми сомневалась, что Джилл могла «умереть от страха».

А во-вторых, она подала жалобу на человека, который приставал не только к ней, но и к другим женщинам. А это уже явно указывало на вероятность серийных преступлений.

Как только Коннор вышел из дома, он снова схватился за телефон, чтобы разузнать побольше об инцидентах в местном спортзале, где Джилл тренировалась и работала.

– Есть какие-нибудь записи? – спросил он того, с кем говорил. Затем кивнул. – Спасибо.

Он повернулся к Ками.