— В смысле?

— Когда я пыталась к тебе прижаться, я вообще не понимала, правильно ли все делаю.

— Предлагаешь порепетировать?

— Порепетировать что? — Она быстро-быстро моргает.

— Не знаю... Как мы смотримся вместе. Ну, знаешь, на случай, если завтра на пляже снова будут зрители, и они начнут пялиться...

— Логично. Можно и порепетировать. — Она серьезно кивает. — И как будем это делать?

— Ложись на спину, — командую я.

— Что? — Она испуганно хмурится. — Зачем? Объясни концепцию.

— Ты ложишься на спину, я ложусь рядом. Это тест на совместимость. Хочу проверить, насколько органично ты ко мне прижимаешься, а я — к тебе. Мы же должны выглядеть естественно, так? — тихо поясняю я. — Если ты сможешь лечь со мной в обнимку, не чувствуя зажатости и неловкости, значит, мы прошли первый этап и убедительно смотримся как пара.

— А, ну звучит разумно, — соглашается она. — Но ты тоже должен стараться.

— Без проблем. Репетируем вдвоем. Но ты начинай.

Я наблюдаю, как она вытягивает ноги и ложится на простыню. Ложусь рядом, закинув руки за голову.

— А теперь обними меня так, словно мы по уши влюблены.

— Окей, — бормочет она.

Бросив на меня недоверчивый взгляд, Миа неловко придвигается. Ее ладонь робко ложится мне на грудь, а голову она пристраивает где-то в районе моего локтя.

— Серьезно, Миа?

— Что не так?

— Если бы я был любовью всей твоей жизни, ты бы лежала от меня в полуметре?

— Я же к тебе прикасаюсь!

— Твоя макушка покоится на моем сгибе локтя, а рука просто лежит на груди. И это все?

— Мы всегда так обнимались! Что в этом плохого?

— Если бы я был твоим реальным парнем, ты бы правда ограничилась таким пионерским расстоянием?

— Наверное, нет. — Она неловко ерзает. — И как я должна лечь?

— Представь, что мы действительно вместе. Что бы ты сделала?

Она задумывается на секунду, нервно облизывает губы. Мое сердце колотится в ожидании. Миа придвигается вплотную, закидывает свою правую ногу на мои бедра и всем телом вжимается в мой бок. Ее голова теперь удобно покоится на моем плече, а рука ласково поглаживает меня по щеке. Мягкая грудь без лифчика дразняще прижимается к моим ребрам. Она заглядывает мне в лицо, и на ее щеке появляется очаровательная ямочка от улыбки.

— Так лучше?

— Теперь я могу в это поверить, — говорю я, наклоняясь и поглаживая ее ногу. Она тихонько ахает и вздрагивает от моего прикосновения.

— Понимаешь, ты не можешь так себя вести. Не можешь отшатываться каждый раз, когда я до тебя дотрагиваюсь.

— Я не отшатываюсь каждый раз. Я просто...

— Все еще непривычно, да? — спрашиваю я.

— Да, наверное. Я просто не привыкла к такой близости.

— Ну, нам нужно позаботиться о том, чтобы ты не вздрагивала каждый раз, когда мои прикосновения становятся чуть более интимными.

— Наверное, нам стоит попрактиковаться, да?

Она смотрит на меня, и я едва заметно киваю.

— Да. Ладно, моя очередь, — говорю я.

— Твоя очередь? — она смотрит на меня в замешательстве.

— Потренируюсь прижиматься к тебе.

Она скатывается с меня и ложится на спину. Я тоже ложусь на спину, а затем перебираюсь ближе к ней. Берусь за край ее футболки и скольжу ладонью под ткань, ей на живот. Она резко вдыхает, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Когда два человека любят друг друга, их прикосновения становятся чем-то естественным, — говорю я, проводя пальцами по ее коже. — Ты не можешь ахать каждый раз, когда я до тебя дотрагиваюсь.

— Я знаю, — отвечает она, облизывая губы. — Просто я...

— Просто что? — спрашиваю я, продвигая пальцы еще выше, под изгиб ее груди, а затем останавливаюсь.

Она прикусывает нижнюю губу.

— Я просто… ничего.

Я улыбаюсь, вытаскивая руку из-под ее футболки. Она выглядит слегка разочарованной, и я задаюсь вопросом, хотела ли она того же, чего хотел я — поиграть с ее сосками, задрать футболку и ласкать ее грудь, — но это было бы уже слишком. Я же не собираюсь делать это на глазах у нашей семьи и друзей.

Она смотрит на меня.

— Может, посмотрим твой фильм? — тихо спрашивает она, и я киваю. — Может, выключим свет?

Я спрыгиваю с кровати и гашу свет. Когда возвращаюсь, мы забираемся под одеяло, и она снова прижимается ко мне, пока я ищу фильм с Кейт Хадсон, который Миа обожала в юности.

— Этот такой смешной, — говорит она, уставившись на экран телевизора.

— О, да? — я небрежно провожу пальцами по ее лицу.

— Да, ей приходится убеждать его, что она сумасшедшая, чтобы он ее бросил.

— Точно, вроде припоминаю этот фильм, — говорю я, глядя на нее, а не на экран.

Миа начинает смеяться над проделками героини, а я радуюсь, слыша ее голос. Очень приятно быть здесь с ней, чувствовать ее рядом.

— Я просто хотела кое-что проверить.

— Что именно? — спрашиваю я.