— После вечеринки все переместятся в отель. Сегодня будут раздавать ключи от номеров в «Гранд Палм», — бурчит Рэйф. — Они хотят, чтобы завтра утром все собрались на какой-то особенный завтрак.

— Я не знал. Похоже, мне тоже придется заночевать в отеле.

— Я тоже не знала. Я даже вещи не собрала, — хмурится Миа.

— Ну, сможешь собрать чемодан завтра, сестренка. Я только что слышал, как мистер и миссис Хэвербрук обсуждали это с другими гостями. Они спросили, не хочу ли я тоже номер, но у меня завтра уйма дел в клинике. И хотя Черри мне очень помогает, нам привезут еще много собак и кошек. Даже парочку кроликов.

— Ой, обожаю кроликов, — говорит Джунипер.

Миа смотрит на нее с удивлением.

— С каких это пор ты любишь кроликов? Разве ты не говорила, что они плодятся со скоростью света и у них рождается, наверное, миллион детенышей?

— Я просто считаю, что они милые, — отвечает Джунипер, бросая на нее предостерегающий взгляд, а Миа лишь пожимает плечами.

— Интересно, дадут ли нам номера рядом, или это будет слишком близко, — смеется Миа. — Интересно, не поселят ли нас вообще на разных этажах.

— Да, очень интересно.

— А вот и вы, Миа и Люк.

Я поднимаю глаза и вижу Люсиль Бишоп, бабушку Мии.

— Люк, так рада тебя видеть!

Она подходит прямо ко мне и крепко обнимает. Я обнимаю ее в ответ, вдыхая знакомый аромат жасмина.

— Взаимно, Люсиль.

— Я была так счастлива, когда Миа рассказала, что вы теперь вместе.

— Рад слышать, что ты не против.

— Мы с твоей бабушкой как раз это обсуждали и убедили твоих родителей выделить вам один номер на двоих.

— Что?! — громко восклицает Миа, а затем поспешно понижает голос. — Подожди, что? Бабушка, о чем ты говоришь?

— Ну, сейчас другие времена. Вы встречаетесь уже год, а не виделись кто знает сколько. Я знаю, что между вами есть что-то особенное, и вы, должно быть, ужасно скучали друг по другу. Так что мы устроили вас в один номер. В смысле, вы же парень и девушка. Кто мы такие, чтобы мешать молодым влюбленным?

— Серьезно, бабушка? — Рэйф выглядит потрясенным. — Я не могу поверить, что ты собираешься позволить им…

— Позволить нам что? — Миа поворачивается к брату, уперев руки в бока.

— Я просто констатирую факт, — Рэйф переводит тяжелый взгляд на меня. — Ты считаешь, это хорошая идея, Люк? Это действительно то, как ты хочешь заявить о ваших отношениях моим родителям, своим родителям и всему миру?

— Все уже решено, Рэйф. — Люсиль бросает на внука строгий взгляд. — К тому же, в отеле почти не осталось свободных номеров, и я сама предложила, чтобы Миа и Люк поселились вместе. В этом же нет никакой проблемы, правда?

— Конечно, нет, — говорю я, качая головой. — Правда, Миа?

— Конечно, нет, — вторит она, но в ее глазах плещется паника. — В смысле, мы же провели вместе столько ночей.

— Именно. Провели, — подхватываю я. — Мы смотрели фильмы… — И вдруг понимаю, что не могу при всех рассказывать о тех невинных платонических ночевках из нашего подросткового прошлого. — И все такое.

— Я не хочу этого слышать, — морщится Рэйф. — Вообще-то…

— Можно тебя на пару слов, Люк? — перебивает Миа, хватая меня за руку. — Мы сейчас вернемся.

Она тащит меня к двум высоким пальмам, затем прислоняется к стволу, снимает туфли на каблуках и берет их в руки.

— Черт, что мы будем делать?

— В смысле — что мы будем делать?

— Мы в одном номере, Люк!

— И что?

— Думаешь, там будет две кровати?

— Вряд ли, но всякое бывает.

— Люк, мы не можем спать в одной кровати.

— Почему нет? Мы делали это миллион раз.

— Последний раз, когда мы спали в одной кровати, нам было лет по шестнадцать. А нам уже давно не шестнадцать!

— Все будет отлично, доверься мне. — Я наклоняюсь и целую ее в щеку.

— Ты что делаешь?

— Мне показалось, что кто-то прошел мимо. К тому же, нам придется вести себя гораздо более влюбленно, если мы хотим, чтобы все в это поверили.

— Ну, наверное, — вздыхает она, смешно морща нос. — Ты прав, нам предстоит многое продумать. Сегодня придется засидеться допоздна, нужно придумать еще несколько правил.

— В смысле — еще правила? У нас их и так три.

— И этого катастрофически мало. Нам нужно продумать железную легенду. — Она тяжело выдыхает. — Не знаю, Люк. Возможно, это была не самая блестящая идея в мире.

— Ты жалеешь? — тихо спрашиваю я.

Я искренне надеюсь, что она ответит «нет». Впервые за долгое время я чувствую себя по-настоящему живым и заинтригованным; мне нравится весь этот спектакль, хотя я и не до конца уверен, почему. И уж точно не только потому, что теперь мы будем проводить кучу времени вместе.

Меня совершенно не пугает перспектива жить с ней в одном номере. Честно говоря, я даже рад этому, и не знаю, что это говорит обо мне — но я точно знаю, что не стану озвучивать эти мысли Мии. Просто потому, что понятия не имею, чувствует ли она то же самое.

— Ни капли, — она улыбается и тянется, чтобы крепко меня обнять. — Мы им еще покажем, — шепчет она.