Вскоре нас со всех сторон окружили машины, проносившиеся мимо. Всё это напоминало гонки на колесницах, только без лошадей. Наверное, со стороны я выглядел глупо, разглядывая всё вокруг с отвисшей челюстью.

Мы остановились перед высоким зданием песочного цвета.

Ли снова нажал кнопку. Шум двигателя стих, и машина, слегка вздрогнув, замерла.

— Ну вот, — сказал он, похлопав по рулю. — Надо было сразу сказать: этот внедорожник принадлежал Оливии.

— Она управляла им без присмотра? — удивился я. — В этом веке женщины так и делают? Разъезжают повсюду одни?

— Уверен, Оливии и в твоём веке приходилось путешествовать самостоятельно. — Ли посмотрел на меня с усмешкой.

— Только не в моём присутствии, — ответил я, гордо выпятив грудь. — Заботиться о ней было моей обязанностью.

Ли кивнул.

— И уверен, ты старался как мог. Но Оливия не привыкла, чтобы мужчина о ней заботился. Хотя нет, не совсем так. Она независимая женщина и привыкла сама принимать решения. Уверен, вы не раз спорили о том, кто и за что должен отвечать.

Я нахмурился, вспомнив многочисленные ссоры с Оливией из-за наших обязанностей и ролей.

— Иногда — да.

— Вот поэтому. — Ли обвёл рукой всё вокруг. — Добро пожаловать в двадцать первый век. Ладно, пойдём наверх.

Мы выбрались из джипа, и я последовал за Ли в здание. Там он завёл меня в штуку под названием «лифт», которая закрылась вокруг нас и загудела.

Всё в этой эпохе происходило с такой стремительной скоростью, что у меня кружилась голова. Я тосковал по своему прошлому, где жизнь текла в понятном мне темпе. Но больше всего я тосковал по Оливии, где бы она сейчас ни находилась.

Когда двери лифта открылись, я осторожно вышел в коридор.

— Почему всё вокруг стало совершенно другим?

— Это пятый этаж здания. Лифт заменяет лестницу и позволяет нам быстро перемещаться с одного этажа на другой.

От всей этой новой информации у меня разболелась голова.

Мы прошли по бежевой ковровой дорожке к квартире номер пятьсот пятнадцать, где когда-то жили Оливия и Тристан. Ли достал ключ и вставил его в замок.

Вот это, по крайней мере, было мне знакомо.

Затем он открыл дверь и вошёл внутрь.

Я последовал за ним.

Едва я переступил порог квартиры, которая была гораздо меньше дома Джека, в нос ударил затхлый запах. Здесь стояла лишь самая простая мебель: диван да пара кресел.

Даже сюда доносился гул всех этих «двигателей». Я подошёл к окну и выглянул наружу.

По мощёным улицам двигалось множество машин. Некоторые резко останавливались, издавая громкие звуки, похожие на гудки.

Мне не нравилась эта какофония, заполнявшая комнату, хотя окна были закрыты.

— Эти звуки издают клаксоны. Машины, грузовики, внедорожники — у всех есть клаксон, чтобы можно было накричать на машину впереди, даже не открывая рта. — Ли рассмеялся.

— Понятно. — Я повернулся к нему. — Где нам искать? Здесь всё такое пустое.

— Так и есть. Мы с Джеком обыскали эту квартиру вдоль и поперёк. Но проверь шкафы, открывай двери, выдвигай ящики — всё подряд… Я начну с кухни.

Я направился по короткому коридору. Здесь ничто даже отдалённо не пахло Оливией. Вместо её запаха в воздухе ощущалась лёгкая сырость и плесень.

Я метался по квартире, распахивая двери, шкафы и ящики, отчаянно пытаясь найти хоть что-нибудь, что могло указать, куда исчез Тристан. С каждой пустой комнатой сердце опускалось всё ниже, пока, выдвинув очередной ящик, я не обнаружил целую россыпь изящного кружевного белья. Оно болезненно напомнило мне о любимой жене, которую время отняло у меня, и тоска поглотила меня целиком, когда я прикоснулся к последним следам её присутствия. Из-под кровати выглядывала книга. Она называлась «Грязные маленькие секреты». Я схватил её и принялся листать, чувствуя, как лицо заливает жаром при виде изображений обнажённых пар в самых разных сексуальных позах. Я пробегал глазами описания чего-то под названием «Обратная наездница», «Диванная тёрка» и «Джи-Виз», всё сильнее нервничая, смущаясь и возбуждаясь. В конце концов стыд взял верх: я захлопнул книгу и швырнул её обратно под кровать.

Я покачал головой, когда мы с Ли встретились в гостиной.

— Мои поиски ничего не дали. А твои?

— То же самое. Никаких следов Тристана. Он забрал всё, что мог, и исчез. — Ли упёр руки в бока.

Мои плечи бессильно опустились.

— Что будем делать дальше?

Ли щёлкнул пальцами.

— Придумал! В последний раз я видел Оливию на фестивале во Фримонте. Она была чем-то обеспокоена, а я, признаться, не слишком внимательно отнёсся к её тревогам. Был слишком поглощён собственными делами.

Он опустил взгляд на пол.

— Хотел бы я тогда уделить ей всё своё внимание. Возможно, сейчас она не оказалась бы там, где оказалась. Но тогда, возможно, она не встретила бы и тебя. — Он тяжело вздохнул. — Ладно, поехали. Пойдём по следу.

Мы вернулись к джипу и снова помчались по дорогам.