Я ускоряюсь. Мне хочется, чтобы она растворилась в моих ласках. Я должен увидеть, как Нат теряет контроль. Ее бедра извиваются подо мной в диком танце. Я чувствую, как все ее тело содрогается, когда она кончает, как сжимается и трепещет ее лоно. Она глубоко вздыхает и вскрикивает.

Это так прекрасно.

Я мог бы делать это вечно: лизать ее, дразнить. Но Натали нетерпелива.

— Иди сюда, — выдыхает она.

Ее глаза потемнели от похоти, на щеках горят яркие розовые пятна, пока она смотрит на меня. Я возбужден сильнее, чем когда-либо в своей жизни, и мое сердце колотится о грудную клетку, как отбойный молоток.

Я встаю, касаясь пальцем своих губ, которые все еще влажные от ее оргазма.

— Ты чертовски вкусная. — Мой голос звучит низко и хрипло.

Натали дотрагивается до моей обнаженной груди, положив ладонь прямо на грудную мышцу.

— Ты вернулась. — Я улыбаюсь; мне нравится ощущать ее руку на себе, каким бы невинным ни было это прикосновение.

Она улыбается, обнимает меня и притягивает к своей вздымающейся груди. Ее губы прижимаются к моему горлу, заставляя меня судорожно вздохнуть. Ее руки скользят вверх и вниз по моей спине, пальцы по-хозяйски сжимают мою задницу. Вскоре полотенце, обмотанное вокруг моей талии, оказывается у наших ног, а рука Натали скользит вверх и вниз по моему члену.

Господи.

Мы вернулись ровно к тому, с чего начали: неистово ласкаем друг друга, пятясь к кровати в моем номере. На этот раз края кровати касаются мои ноги, заставляя меня сесть перед ней, а мой член тяжело подпрыгивает, ударяясь о живот. Нат обхватывает его обеими своими маленькими ручками, поглаживая вверх и вниз.

Черт возьми.

Я чувствую, как у основания члена нарастает желание – мягкое, покалывающее тепло, обещающее мощную разрядку. Я откидываюсь назад, опираясь на руки, и смотрю, как Натали дрочит мне, ее взгляд прикован к моему члену так, словно это самое изысканное произведение искусства, которое она когда-либо видела. Я на грани, предэякулят стекает по члену.

Она облизывает губы.

Не может быть.

Маленький розовый язычок Натали высовывается изо рта. Она ловит каплю языком, слизывая ее до самой головки.

Я вот-вот потеряю сознание.

Я мог бы умереть прямо сейчас и умер бы счастливым человеком.

Рот моей лучшей подруги на моем члене, и это должно было бы быть странно, но вместо этого это лучшее, что я когда-либо испытывал.

— Натали. — Я касаюсь ее щеки, поглаживая нежную кожу. — Это так хорошо. Чертовски хорошо.

Судя по всему, этого подтверждения оказывается достаточно, чтобы Натали взяла мой член глубоко в рот. Натали. Милая, невинная, великолепная Натали ни капли не стесняется того, что мой член подпрыгивает на ее языке. Она добавляет руку, обхватывая меня у самого основания, пока ее язык вытворяет с самые волшебные вещи.

— Да, о черт. — Снова стону я.

Она заглатывает меня целиком, выпускает изо рта, а потом снова вбирает. Ничто не сравнится с ощущением горячего влажного скольжения этого женского рта по моему пульсирующему члену.

— Кончи для меня, — шепчет она, прежде чем снова взять меня глубоко в рот; ее хвост подпрыгивает в такт ее нарастающим усилиям.

Слушаюсь, мэм.

Когда я больше не могу терпеть, я отпускаю контроль. Горячая, обжигающая струя вырывается из меня прямо ей в горло, и она вбирает все до последней капли. Она старательно глотает, пока у меня не начинает кружиться голова.

Абсолютно опустошенный, я откидываюсь на локти; руки дрожат, грудь тяжело вздымается. Эта женщина довела меня до оргазма быстрее и мощнее, чем любая другая в моей жизни. Я даже не могу перевести дух, пока ее маленький язычок выводит мягкие линии по моему члену, очищая его.

Так чертовски горячо.

Снова моя очередь.

Я затаскиваю Натали на кровать. Она со звонким смехом падает рядом со мной.

Это что, мой новый любимый звук? Этот искренний звук радости, который она бережет только для меня? Или мой любимый звук – тот бесстыдный стон, который она издает, когда кончает по моей команде?

Полагаю, есть только один способ это выяснить.

— Снова? — задыхаясь, спрашивает она, пока мои пальцы очерчивают ее нижнюю губу.

Я прижимаюсь к ней в очередном обжигающем поцелуе.

Сейчас я не думаю ни о Джеке, ни о том, что наши друзья что-то подозревают, ни о том, как это может непоправимо изменить нашу дружбу. Сейчас есть только жар, страсть и наши тела, прижимающиеся друг к другу, когда мы вместе лежим на кровать.

Я проталкиваю кончик пальца внутрь ее тесного жара, отвечая на этот нелепый вопрос. Нат закрывает глаза, ресницы отбрасывают темные тени на щеки. Когда мой палец начинает ритмично двигаться внутри нее, Натали откидывается на спину и стонет от желания.

Да, моя прекрасная женщина. Снова.

Глава шестнадцатая

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

НАТАЛИ