К сожалению, все пущенные стрелы застряли в живом щите, практически гарантированно превращая того в мертвеца, но тащить его наверх Лин Фэйюй явно и не собирался. В последний момент он бросил тело и, практически взлетев по четырёхметровой стене, перевалился через парапет, исчезая из моего поля зрения. Зараза…

Впрочем, тот факт, что я не видел одиннадцатого, не помешал мне послать ещё пару стрел по навесной траектории, в надежде на удачу. К сожалению, после того как предок уснула, моё комариное чутьё не работало. Как там дела у напарницы?

Перенеся внимание на неё, я увидел уже конец поединка — старик лежал на песке, а моя союзница раз за разом вонзала в него меч. Полагаю — после пятого раза он точно должен быть мёртв, что давало мне возможность продолжить зловещую считалочку. Или, возможно, обратный отсчёт?

— Два…

Закончив со стариком, напарница направилась к последнему оставшемуся на арене противнику, пытающемуся хромать к выходу.

Выстрел!

Пожалуй, «язык» нам бы не помешал, так что я вогнал стрелу перед ним, заставляя практика замедлиться, а когда он увидел приближающуюся напарницу, то и вовсе отбросил меч и опустился на колени.

— Старшая сестра, не убивай меня! — прокричал он. Или, скорее, она. Хотя с учётом коротких волос и плоской фигуры, скрытой под мешковатым халатом, опознать в ней девушку было непросто. — Я совершила ошибку, но клянусь — не хотела тебе зла!

— Я понимаю, Тан Жуэй. Ты не могла пойти против потомка нашего господина.

— Значит, ты простишь меня, сестра?

— Извини — не могу.

Бай Шуанмэй взмахнула мечом, и предательница осталась лежать на песке с разрубленной головой. Правда, судя по окаменевшему лицу, измазанному кровью, ей это далось не так легко, как она пыталась это показать. Ладно, не так уж нам и была нужна информация.

— Один, — тихонько произнёс я. — Похоже, остался только Лин Фэйюй.

Всё это время я продолжал краем глаза следить за трибуной, контролируя видимые выходы и, когда одиннадцатый вскочил на ноги, рванувшись к одному из них, послал стрелу на опережение.

Выстрел!

И она должна была войти беглецу прямо в спину, если бы он в последний момент не почуял угрозу и, развернувшись, не отбил стрелу клинком. После чего, не тратя ни секунды на демонстрацию торжества, нырнул в темноту. Похоже, ушёл сволочь.

Впрочем, не страшно — и его я однажды тоже посчитаю…

***

Бай Шуанмэй тоже не стала даже пытаться преследовать беглеца, предпочтя обойти тела, забирая жетоны и пространственные артефакты. И парочку даже проткнула для верности мечом, желая убедиться, что они не притворяются. Никаких эмоций у меня это не вызывало и, коснувшись жетона, я убедился, что отведённые нам двенадцать часов истекли.

Теоретически, теперь мы могли попытаться убить друг друга, не понеся никакого наказания. Немалый соблазн, с учётом возможных трофеев — особенно для демонического практика. Впрочем, я всегда предпочитал действовать честно и надеялся, что напарница придерживается схожих моральных принципов. Или, по крайней мере, не пойдёт на предательство в текущих обстоятельствах.

— Ты в порядке?

— Царапина, — ответила Бай Шуанмэй, чуть коснувшись щеки. — Я уже приняла нужные пилюли и у меня есть мазь, после которой даже шрама не останется.

Теперь понятно, почему она не ограничилась одним ударом меча и проткнула труп старика раз десять — попытку испортить девушке лицо не могла искупить даже смерть.

— Это хорошая новость. Как этот старик вообще сумел тебя ранить?

— Понял, что сейчас умрёт, и решил утащить меня за собой в Жёлтую Реку. Или, возможно, в последний момент догадался, что правила меня больше не защищали.

— Правила нас не защищали?

— Защищали — ровно до того момента, как ты убил первого из них, — криво улыбнулась она. — Экзаменаторы ведь тоже не дураки и учли подобные ситуации, так что при нападении на группу правила не так суровы…

— И остальные об этом не знали?

— Или поверили в наш блеф и не рискнули навалиться толпой. В конце концов, ценой ошибки стала бы их собственная жизнь, а проверять на себе такое не хочется.

— Ты об этом пыталась меня предупредить?

— Верно, но ты не стал даже слушать.

— Моя ошибка, — признал я.

— Я тоже могла бы проявить чуть больше настойчивости, но решила, что имеет смысл попробовать. В конце концов, мой изначальный план бежать был не сказать, чтобы сильно лучше.

И, с моей техникой передвижения, имел мало шансов на успех — скорее всего, меня бы догнали и сражаться пришлось бы в куда худших условиях.

— Дуракам везёт, получается?

— Пф… — фыркнула девушка. — Ладно, мы живы, а они мертвы. Нет смысла беспокоиться о том, что уже свершилось. Как будем делить трофеи?

— Пятьдесят на пятьдесят, — предложил я. — Причём вслепую, здесь и сейчас.

— Девять плохо делится поровну.

— Положимся на судьбу — дай мне жетоны и кольца.

— Держи…

Взяв из рук девушки покрытые кровью трофеи, я совместил жетоны с кольцами, надев их на одну и ту же цепочку, а затем перемешал и протянул руки перед собой, давая возможность выбрать между правой и левой связками.