— Запись… мне видео прислали, где ты рядом с экскаватором ругаешься с управляющей компанией, а потом вещи из затопленного салона выносишь! — она говорила быстро, на одном выдохе. — Вся округа в комментариях пишет!

— И чего? — я нахмурился. — Мам, чего случилось-то?!

— Лёша, — она посмотрела мне в глаза. — Ты снова связался с теми, от кого потом придётся прятаться?

«Вот тебе и раз…, а что, уже было что-то?!»

Понимая, что меня ждёт долгий разговор, я выдохнул, достал ключи и подошёл к двери:

— Так, ладно, проходи.

Она зашла в квартиру и протянула удивлённое: «О-о-о…» Похоже, ожидала увидеть привычный беспорядок. Что говорило об одной вещи: она бывала здесь, и не один раз. И одному богу только известно, на что ей пришлось здесь насмотреться…

Я замер на лестничной клетке, глядя на непонятную коробку. Мама, словно поняла, почему я не захожу, и тут же пояснила:

— Это ящик твоего отца, — сказала она, кивнув на фанерный короб за порогом. — Я… мне он не нужен, а тебе… вдруг пригодится…

Я взял ящик, занёс его в квартиру и тут же открыл. Заглянул внутрь. Внутри лежали старые, но ухоженные инструменты: отвёртки, ключи, пассатижи, аккуратно свёрнутая рулетка.

— Спасибо, — сказал я. — Мам, я понимаю, ты волнуешься, но насчёт сегодняшнего… я сделал то, что должен был. Я юрист же. И я должен защищать тех, кто сам этого не может!

Она ничего на это не ответила. Просто подошла, положила ладонь мне на плечо и улыбнулась. Той самой, тёплой улыбкой, которой так не хватало мне. Что Громову, что Смирнову…

И именно в этот момент мой телефон разразился звонком. На экране высветилось имя: «Самойлов И. В.».

Так, а ему сейчас что нужно? Что случилось?

Глава 9

Я извинился перед мамой, жестом показал, что мне нужно ответить, и прошёл на кухню, плотно прикрыв дверь. Телефон, откровенно говоря, тупил… принять вызов удалось аж с пятого раза! И как только я приложил динамик к уху, послышался весьма встревоженный голос:

— Алло… Алексей Дмитриевич, — Самойлов аж заикался, — тут такое дело… Кравченко согласился встретиться со мной. Но только при вас!

«Вот это уже новость, — подумал я. — Со мной Павел поговорил ещё вчера. Значит, теперь ему нужен был разговор именно с Самойловым — лицом к лицу.»

— Он сказал, что без вас разговора не будет, — продолжил Самойлов. — Вы обязательно должны приехать со мной!

Я закрыл глаза. В голове мгновенно заработали шестерёнки того самого механизма, который когда‑то вершил судьбы корпораций на миллиарды. Кравченко — тот самый живой свидетель, человек, чья бригада работала на фасаде до Зоиной команды. Он мог подтвердить, что работы действительно выполнялись, а команды рабочим передавались через представителей «СтройИнвестПлюса» от кого‑то более крупного. И теперь этот Кравченко ставит условие: привести к нему должника.

— Игорь Владимирович, — ровным голосом произнёс я в трубку, — вы понимаете, что означает это условие?

— Что он меня побьёт? — жалобно спросил Самойлов. — Вы поймите, я никогда…

«Любопытный персонаж, — пронеслось в мыслях. — При таких долгах, при такой… работе он беспокоится о целостности лица? Неправильно вы, Игорь Владимирович, расставляете приоритеты. Совсем неправильно.»

Самойлов зачем-то начал рассказывать о своём детстве, делая упор на то, что даже в школе никогда не дрался. Да и сама мысль о возможных увечьях казалась ему дикостью. Только о драке пока никто не говорил.

— Пожалуйста, успокойтесь, — оборвал я его на полуслове. — Требование Кравченко означает одно: вы больше не сможете изображать невинную жертву обстоятельств. Павел хочет посмотреть вам в глаза. Думаю, бить вас он не собирается — ему важно понять, признаёте ли вы свою часть в этой истории. Если продолжите прятаться за спиной Иванчука, Кравченко закроется, и мы потеряем ключевого свидетеля, который видел реальную цепочку команд.

На том конце провода послышалось тяжёлое сопение. Самойлов боролся со своим страхом. Человек, привыкший откладывать неприятные решения и кормить людей обещаниями, оказался в ситуации, где прежние уловки больше не работали.

— Я поеду, — наконец выдавил Самойлов. — Когда?

— Завтра в девять утра. Если у вас есть возможность, заедете за мной. И ещё, Игорь Владимирович, не берите с собой охрану. Это будет разговор рабочих с хозяином, чужие там лишние.

Я сбросил вызов, вышел из кухни и посмотрел на маму. Она стояла в дверях, сжимая в руках полотенце.

— Всё хорошо? — спросила она с явной тревогой на лице. — Ты так… раздражён…

«Раздражён? Нет, скорее собран.»

— Всё в порядке, мам, — улыбнулся я. — Просто у меня появился очень сложный клиент, — я увидел, как она напряглась. — Мам, это обычный рабочий момент, с которым я справлюсь. Не переживай.

Она кивнула, хотя по её глазам было видно, что до конца она мне не верит.