– Я способен приготовить еду для себя и своего сына. Я был холостяком долгое время до того, как ты появилась, знаешь ли.

– Ты не знаешь, что он любит.

– Я закажу пиццу. Или разогрею в микроволновке те замороженные куриные наггетсы.

– Ты знаешь, насколько это нездорово. Дай я приготовлю ему что–нибудь перед тем, как уеду. – Я хмурюсь.

– Наоми, думаю, он переживёт одну ночь с пиццей и наггетсами. Ему всё равно никогда не нравится та странная еда, которую ты готовишь.

Что ж, он не ошибается. Прошлой ночью я приготовила ему самую вкусную миску асаи с домашней киноа–гранолой, а он посмотрел на меня так, будто я кормила его ядом. Он закатил истерику, пока я не сделала ему коробку макарон с сыром. Его голос смягчается.

– Я позабочусь об ужине сегодня. Всё будет хорошо. Как я и сказал, просто приведи квартиру в порядок, и завтра мы присоединимся к тебе.

– Ты хочешь, чтобы я спала там?

– Почему нет? Все твои вещи будут там. Всего на одну ночь.

– А что насчёт утра?

– Розита отвезёт Тедди в школу утром, как она всегда это делает, – говорит он. – Затем ты сможешь забрать его из школы завтра и отвести его в квартиру.

– А что насчёт укладывания спать? – хрипло говорю я. Он хмурится.

– А что насчёт него? Я всегда укладываю Тедди.

Он прав. Сколько я себя помню, Джереми был тем родителем, который укладывает спать. Но это не значит, что я не захожу в комнату Тедди, чтобы поцеловать его в мягкую, как пух, щёку каждую ночь, даже если он уже отключился.

Я не уверена, что смогу заснуть, если не сделаю этого.

– Всего на одну ночь, – указывает Джереми. – Давай сохраним его распорядок таким же ещё на один день.

– И ты собираешься сказать ему, почему меня не будет дома сегодня вечером?

Он пожимает плечом.

– Я не думаю, что это будет иметь большое значение.

Он шутит? Он вообще когда–нибудь встречался с нашим сыном? Когда я недавно купила новую сумочку, Тедди задал мне примерно двадцать миллиардов вопросов о том, почему я купила новую сумочку, что было не так с моей старой сумочкой, что я с ней сделала, и может ли он взять её себе. Джереми действительно думает, что если я съеду из дома, Тедди не заметит этого и не будет задавать никаких вопросов?

– Мы должны сказать ему что–то, Джереми.

– Ладно, ладно. – Он поднимает руки. Когда–то давно его руки, должно быть, были грубыми и мозолистыми, потому что он работал на стройке посменно, чтобы оплатить учёбу в колледже, но это было давно. Теперь у него руки управляющего хедж–фондом. – Я объясню насчёт ремонта.

Я бросаю взгляд на багаж, сложенный на полу. Боже, сколько же вещей он упаковал.

– Как долго, ты думаешь, это продлится?

– Неделю? Может, две. Кухня займёт больше всего времени, но мы сможем переехать обратно до того, как она будет готова.

Сама идея этого ремонта утомляет. Несмотря на то, что он преподнёс это как сюрприз для меня, я не хочу этого делать. Но одна вещь, которую я узнала о Джереми за время нашего брака, – он чрезвычайно упрям. Как только какая–то идея заходит ему в голову, он не может выкинуть её оттуда. Он привык добиваться своего. Если он решил, что наш относительно новый дом нуждается в ремонте, то это случится.

Но почему тогда голос в глубине моего сознания кричит мне, что что–то не так?

Как будто почувствовав моё беспокойство, Джереми тянется к моей руке.

– Я так взволнован этим, Наоми. Это будет как жить в совершенно новом доме вместе.

Я позволяю ему взять мою руку в свою, и когда он сжимает её, его ладонь кажется тёплой и надёжной напротив моей. При росте сто семьдесят пять сантиметров Джереми ровно на пятнадцать сантиметров выше меня. Это идеальный рост для того, чтобы я смотрела на него снизу вверх и чувствовала себя любимой и защищённой. Я всегда думала, что это был знак судьбы, что я забыла свой кошелёк в тот день в Starbucks, а он заплатил за мой кофе. Я помню, как посмотрела на него в его остром итальянском костюме и властном галстуке, и я мгновенно поняла, что это мужчина, с которым я проведу свою жизнь. Это заставило меня захотеть стать той женщиной, с которой он захочет провести свою жизнь.

– Ты позвонишь мне и дашь пожелать спокойной ночи Тедди? – спрашиваю я.

– Конечно.

Я издаю усталый вздох, думая о долгой ночи впереди, когда я буду убирать ту старую квартиру.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Я сделаю это.

Плечи Джереми заметно расслабляются.

– Спасибо, Наоми.

Я киваю.

– Эй, – говорит он, – дай помогу тебе с твоими сумками.

Джереми хватает один из гигантских чемоданов, который, к счастью, на колёсиках, иначе у меня не было бы шанса сдвинуть его самостоятельно.

– Я бы хотела проверить шкаф наверху, – говорю я. – Просто чтобы убедиться, что ты ничего не забыл.

– О нет, – говорит он, катя сумку к входной двери. – Я почти уверен, что собрал всё.