Я чувствую себя довольно хорошо по поводу своих покупок, когда встаю в очередь, чтобы оплатить их. Моё настроение портится лишь слегка, когда моя бывшая соседка, Филлис Халперн, встаёт в очередь позади меня. Я понятия не имею, знает ли Филлис, что я временно съехала, но я не удивлюсь. Я почти уверена, что она ведёт круглосуточное наблюдение за нашим домом.

– Здравствуйте, Наоми, – говорит она своим скрипучим голосом. Я не знаю точно, сколько ей лет, потому что спрашивать было бы невежливо, но я впечатлена, что она ещё ходит и делает что–то, а не, скажем, превратилась в прах. – Как поживаете?

– Отлично! – говорю я самым бодрым голосом, какой только могу изобразить. – Как вы поживаете?

– Моя подагра разыгралась, – сообщает она мне.

– О, – говорю я, потому что, в самом деле, что на это можно сказать? – Мне жаль это слышать.

Филлис смотрит на мою тележку с неодобрением в глазах.

– В моё время дети играли на улице. Им не нужны были все эти игрушки.

Она говорит «игрушки», как будто это синоним «наркотиков». Я смотрю вперёд на очередь передо мной, желая ей двигаться быстрее.

– Да, ну что ж.

– Кстати, Наоми, – говорит она, – вы путешествовали? Я не видела вашу машину почти две недели.

– О. – Я перебираю пальцами аметистовый кристалл на шее, который ношу с того самого дня, как Джереми сказал мне, что хочет развода. – Ну, моя машина была в ремонте.

– Правда? – Филлис смотрит на меня. Её правый глаз немного мутный и как будто смотрит в сторону. – Это долгий срок ожидания ремонта. В какую мастерскую вы её отдали?

– В ту, что на Пайн–стрит, – лгу я.

Филлис выглядит так, будто собирается задать мне ещё один вопрос, но, к счастью, подходит моя очередь расплачиваться. Скучающего вида кассир сканирует все мои покупки, и я провожу своей кредитной картой, надеясь выбраться отсюда как можно быстрее.

– Эта карта заблокирована, мэм, – сообщает мне кассир.

Я смотрю на Mastercard в своей руке, недоумевая. Срок действия истекает через год. Я достаю вторую карту из своего кошелька и провожу и её. Я поднимаю взгляд на кассира, который качает головой.

– Извините, нет, – говорит он.

О боже. Филлис смотрит на меня так, будто я только что ограбила банк – видимо, хуже покупки игрушек может быть только невозможность заплатить за них. Я не знаю, что происходит с моими кредитными картами, но так или иначе, я куплю эти вещи, чтобы купить любовь своего сына.

– Вы уверены, что ваш аппарат работает правильно? – спрашиваю я его.

Он пожимает плечами, как будто это взаимодействие далеко выше его зарплатной категории. Он выглядит так, будто ещё учится в старшей школе.

– Я схожу сниму наличные в банкомате прямо снаружи, – говорю я парню. – Не могли бы вы просто отложить это для меня? Я вернусь.

– Э–э–э... – Он оглядывается, как будто не уверен, не обман ли это. – Ладно. Но я могу отложить их ненадолго, потом их нужно будет вернуть на полки.

– Я вернусь в мгновение ока! – обещаю я. Затем пытаюсь улыбнуться Филлис. – Займите мне место в очереди.

Если она и займёт мне место в очереди, то только из болезненного любопытства.

Я помню, что видела банкомат прямо снаружи магазина. Там огромная комиссия, но мне всё равно. Я разберусь с этим позже. Сейчас мне просто нужны деньги.

Я вставляю свою банковскую карту в банкомат и ввожу свой код. Он спрашивает меня, сколько денег я хочу снять, и я запрашиваю максимум – 200 долларов. Этого едва хватает, чтобы купить всё из моей тележки. Я притопываю ногой по земле, желая, чтобы машина выдала деньги быстрее. После целой минуты скрежещущих звуков, из–за которых кажется, что она, возможно, разрывает деньги в клочья, на экране появляется сообщение:

Недостаточно средств.

Что?

На этот раз я прошу машину сообщить баланс на моём счёте. Это совместный счёт, который у меня с Джереми, и обычно там в любой момент находится как минимум пять цифр на текущем счёте. Но теперь баланс составляет 25 долларов.

Что здесь происходит?

У меня плохое предчувствие на этот счёт. Я достаю телефон из сумочки и выбираю имя Джереми из списка избранных контактов. Когда звонок переходит на голосовую почту, я вешаю трубку и набираю снова. Затем в третий раз.

Наконец, я слышу голос Джереми на другом конце линии. Он не звучит счастливым. Он даже не утруждает себя сказать «алло».

– Что случилось, Наоми?

– Мои кредитные карты не работают, – говорю я ему.

Он вздыхает так, что я понимаю – он ожидал этого звонка.

– Наоми, это мои кредитные карты. Я добавил тебя к ним, когда мы поженились, но, похоже, теперь, когда мы больше не вместе, у тебя должны быть свои собственные кредитные карты. Тебе так не кажется?