– Не будь дурой. – Я почти вижу, как её губы кривятся в оскале, обнажая жёлтые зубы. – Какая–то девка запустила в него свои когти. И единственный способ вернуть его – это избавиться от неё.

Моя мать понятия не имеет, о чём говорит. В жизни Джереми нет другой женщины. Я уверена в этом. Если бы она была, я бы уже знала об этом.

Не так ли?

Глава 8

Прошла уже почти неделя с тех пор, как я съехала, и мой муж сказал, что хочет развода.

Письмо от адвоката Джереми всё ещё торчит в моём почтовом ящике без ответа. Я до сих пор не предприняла никаких попыток найти собственного адвоката. Если я это сделаю, это будет равносильно тому, чтобы сдаться. А я ещё не готова к этому. Если у Джереми кризис среднего возраста, я могу дать ему немного пространства. Но развод – это не решение.

Пока я стою снаружи начальной школы, ожидая, когда оттуда высыплют Тедди и другие детсадовцы, почти кажется, что всё нормально. Эшлин без умолку говорит о записке, которую она получила от учителя по поводу приглашений на день рождения её сына.

– Видимо, нельзя раздавать приглашения в классе, если только не пригласить всех, – говорит она. – Тебе не кажется, что это совершенно несправедливо? Если ты не хочешь приглашать на вечеринку детей, которые твоему ребёнку не нравятся, то нельзя приглашать никого? Кто придумал эти правила?

Я сочувственно киваю, уверенная в том, что Тедди пройдёт социальный отбор.

– Думаешь, это смешно? – говорит Шерил. – Когда у Джейдена был праздник, мы пригласили весь класс – даже того ребёнка с проблемами поведения – но, поскольку пришли не все, учительница не разрешила ему раздавать благодарственные открытки после вечеринки!

– Как абсурдно! – фыркает Эшлин. Она поворачивается ко мне. – Кстати, что ты планируешь на день рождения Тедди? Ведь он скоро, да?

Я не могу представить себе большую вечеринку со всем происходящим. Даже если мы с Джереми сможем всё уладить, не знаю, смогу ли я справиться со стрессом от всего этого.

– Мы, вероятно, сделаем что–то небольшое. Только для семьи. Ну, знаешь, из–за ремонта.

– Как он продвигается? – спрашивает Шерил. – Ты скоро сможешь переехать обратно?

Я натягиваю сапфировую блузку, которая всё ещё упрямо мнётся, несмотря на ночь, проведённую в шкафу. Я нигде не смогла найти утюг. – Эм, ещё не совсем. Мы всё ещё застряли в квартире.

– Бедняжка, – вздыхает Эшлин. – Хотя когда всё закончится, у тебя будет шикарный новый дом! Я так завидую.

Она бы не завидовала, если бы знала, что на самом деле происходит. Хотя эти две женщины стали моими ближайшими подругами, мы почти не общаемся, когда не вовлечены наши дети, и я не чувствую себя комфортно, рассказывая им, что происходит со мной. Мне не хочется получать ни их сочувствия, ни их осуждения.

Я смотрю через свежеподстриженный газон туда, где ждёт Кора Янцен, одетая в очередное платье, которое подчёркивает её атлетичную фигуру. Я не уверена, делала ли она операцию на груди или нет, но выглядит она фантастически. И всё же все остальные женщины, кажется, избегают её, будто вокруг неё невидимое силовое поле. Будто они боятся «заразиться» разводом.

Я не собираюсь оказаться на месте Коры. Мы с Джереми всё уладим. Моя грудь останется прежнего размера, спасибо большое.

Класс детского сада выходит из школы, и мы втроём подходим поприветствовать наших детей. Когда Тедди видит меня, он бежит ко мне с бо́льшим энтузиазмом, чем раньше. Думаю, он скучал по мне по ночам. Мы ещё не достигли уровня энтузиазма Джереми, но мы на пути к этому.

– Мамочка! – говорит он. – Ты можешь понести мой рюкзак? Он тяжёлый!

Не дожидаясь ответа, он снимает рюкзак с плеч и всовывает его мне в руки. И действительно, он весит шокирующе много, учитывая, что это детский рюкзак.

– Что у тебя здесь, Тедди?

– Я нашёл пять новых камней на детской площадке, – гордо говорит он. – Хочешь посмотреть?

Не дожидаясь ответа, Тедди выхватывает рюкзак у меня из рук и роется в нём, пока не достаёт маленький мерцающий камень.

– Это слюда, – сообщает он мне.

Фиксация Тедди на камнях выходит немного из–под контроля. Вероятно, он скоро перерастёт это. Или же станет геологом, что было бы довольно круто.

– Я хочу показать папе, когда пойду в его дом сегодня вечером, – добавляет он.

О боже, Тедди сказал это так громко. Я почти роняю его сумку. Шерил резко поворачивает голову в нашу сторону, с любопытным выражением на лице. Мои мысли мечутся, пока я ищу способ смягчить ущерб.

– Да, мы можем показать папе, когда он придёт домой, – говорю я.

Тедди хмурится в замешательстве. – В твой дом или в его дом?

Моё лицо горит. Нет никаких шансов, что Шерил не слышит каждое слово этого разговора. И как только они останутся одни, она передаст каждое слово Эшлин. Я съёживаюсь, представляя разговор между ними двумя.

«Тедди сказал, что его мать и отец живут в разных домах. Как думаешь, Наоми и Джереми расстались?»