— Ты хочешь свободы, Анджела? Я хочу вечности. И я здесь главный. Но я чувствую себя щедрым. Не могу сказать, что это продлится долго, так что я бы воспользовался шансом, пока есть возможность. Поцелуй меня, и я сниму наручники навсегда.

В эту игру могут играть двое.

— Просто... просто один поцелуй?

— Для начала. У нас сделка?

Сделка с дьяволом, возможно, но если я что-то и усвоила из прошлой ночи, так это то, что он соблюдает их.

— Да.

Он приближается ко мне.

— Видишь. Я не так уж плох. Твоя свобода за один жалкий поцелуй.

Только это не так. Я знаю это наверняка. Бернс дал понять, что пока он не закончит со мной так или иначе, я никуда не денусь. Его конечная цель - ... на самом деле я не уверена, что это. Если я могу ему верить, это свадьба под дулом пистолета. По крайней мере, нет никаких сомнений, что он не успокоится, пока я не позволю ему трахнуть меня.

Насколько бы интимным ни было позволить ему стянуть мои трусики и ласкать пальцами, инициировать поцелуй самой кажется ещё более интимным.

— Сначала сними наручники.

Я не думала, что он примет мой вызов. Удивительно, но он принимает. Без малейшего колебания он топает к койке, освобождая браслет от изголовья. Он не снимает его с моего запястья. Вероятно, потому что хочет убедиться, что я действительно дам ему обещанный поцелуй.

Он хочет один? Он его получит.

Освободив руки, я приподнимаюсь на койке. Я жестом показываю ему подойти ближе. Бернс наклоняет голову, так доверчиво, что мне приходится задуматься, что он делает. Я свободна. Я могла бы ударить его наручником по лицу, оглушив настолько, чтобы... я не знаю... схватить его пистолет или что-то в этом роде.

Но я не делаю этого. Доказывая ему, что я могу быть хорошей девочкой, когда захочу, я встаю на цыпочки и кладу ладони на его жёсткую челюсть. Его щетина колет внутреннюю сторону моей руки.

Он держит рот закрытым. Мне приходится прижиматься губами к его губам, облизывая край его рта, умоляя о входе. Он не примет ничего меньше, чем поцелуй, которым я полностью управляю, и, возможно, из-за моего упрямства, выглядывающего наружу, я отказываюсь сдаваться, пока он не впускает меня.

Он манипулировал мной, чтобы я сделала это. Даже когда Бернс забирает поцелуй в свои руки, я осознаю это.

Но это меня не останавливает, правда?

После его ухода я тру пальцем по губам, смакуя его вкус.

Так что, возможно, я позволила безумному полицейскому, который похитил меня, довести пальцами до оргазма, а затем шантажировать меня поцелуем. С другой стороны, теперь мои руки свободны - и он ещё не пытался надеть мне на палец своё кольцо.

9

Анджела

Ещё один день в подвале. Ещё один день ожидания возвращения Бернса с дежурства.

Он так и не снял наручник. Мои руки свободны, но тяжесть одного браслета - постоянное напоминание о том, что я всё ещё его пленница в той же степени, что и в тот день, когда очнулась здесь.

Я ела. Я прочитала первые три главы своего справочника по ботанике, прежде чем мой разум начал блуждать. Когда мысли снова вернулись к моему похитителю вместо цветов, о которых я читала, я захлопнула книгу и вернулась на койку.

Я пыталась вздремнуть. Не получилось.

Что бы я отдала за свой телефон. Не потому, что я думала, что он поможет - после того как Бернс отправил сообщения всем, с кем я была на связи, а потому что на нём есть игры. У меня были приложения для потокового просмотра. Бессмысленные видео скрасили бы моё одиночество.

Я спрашивала Бернса о телефоне прошлой ночью, перед тем как он отодвинул меня на край койки, втиснув своё большое тело рядом со мной и приковав нас друг к другу, даже во сне он хотел быть уверенным, что я не сбегу. Всё, что он сказал, если я буду хорошо себя вести, меня ждёт награда.

Жаль, что это легче сказать, чем сделать...

Наконец, когда кажется, что я ждала вечность, дверь в подвал скрипит.

Я сажусь, настороженно наблюдая, как Бернс медленно спускается в подвал. Какой похититель достанется мне сегодня, интересно? Свирепый? Игривый? Властный? Собственнический?

Похотливый?

Судя по тому, что я узнала о Бернсе, вероятно, комбинация всех пяти - но в основном похотливый.

Он не единственный. И я не уверена, что это говорит обо мне, что меня может привлекать тёмный полицейский, взявший меня в плен, но, возможно, если бы Мейсон Бернс не был таким красивым, у меня был бы шанс.

Когда он возвращается с работы, я вижу, что он не переоделся. Не полностью, по крайней мере. Как будто начал, но отвлёкся, его форменная рубашка распахнута, открывая мускулистую грудь. Это первый взгляд на человека под значком, и... да.