Он сделал паузу, сжав губы, и я понятия не имела, что он собирается сказать, но его следующие слова должны были быть выбраны с осторожностью, потому что с того места, где я сидела, я уже едва сдерживала себя. Это действительно был тот уровень, на котором мне нужно было держать вещи сегодня вечером. Или, скорее, тот уровень, на котором я обещала себе держать вещи после первой встречи с кем-то. Но я обожала это нарастание и предвкушение того, что буквально могло быть не чем иным, как чистой фантазией с кем-то в моей голове.

— Я могу сказать по одному взгляду, что то, как твои глаза встречаются с моими — словно они пронзают меня насквозь, словно они уже прочитали обо мне так много, но всё еще способны оставаться такими идеально сдержанными и невинными. И то, как ты улыбаешься губами — словно знаешь куда больше, чем говоришь — заставляет меня сгорать от любопытства узнать те многие слова и мысли, которые ты прячешь за ними. Ты излучаешь невероятно интригующую энергию, мисс Молли, скажем так.

— И что заставляет тебя думать, будто тебе дозволено сразу переходить к ласковому прозвищу со мной? — спросила я.

Он улыбнулся еще шире, на этот раз обнажив все свои блестящие белоснежные зубы. Разумеется, они были идеально ровными и абсолютно безупречными. Он реально был мистером симметрией. Он наклонился ближе через стол, и не думая, потерявшись в воронке его синих глаз, мое тело подалось к нему, словно меня тащила к нему сила извне. Наши губы теперь разделяли от силы три пальца. Ровно та ширина, про которую я знала: как только она будет преодолена, пути назад не будет. Все, что ближе — и губы должны сомкнуться. Но мы вдвоем удерживали ровно правильную дистанцию, пока он шептал:

— Потому что то, как твои губы совсем слегка изогнулись, говорит мне о том, что тебе это на самом деле нравится.

— Ребята, кажется, я отключаюсь, — прервала нас Лотта, ее глаза закатились, когда она прислонилась к моему плечу.

— Нет! Нет! Ты не можешь! Ночь только начинается! — возмутилась Рейвен, постучав ладонями по столу. Мы с Генри одновременно отстранились друг от друга, словно нам пришлось вернуться в реальный мир, разрушив всё то, что, черт возьми, происходило между нами.

— Ой, скукота, я могла бы тусить всю ночь! — заявила Рейвен.

Я разрывалась где-то между ними двумя. Я бы с удовольствием потусила с Рейвен. Я бы с удовольствием провела еще больше времени с Генри, но я также знала, что еще пара бокалов испортят вечер.

Генри достал телефон из заднего кармана, быстро проверяя время.

— Да, уже почти час, — сказал он.

— Уже? — Дерьмо. Мы пили с пяти.

— Я трезв, так что могу развезти вас, девчонки, по домам, если хотите? — предложил Генри.

— О, Генри! Это было бы потрясающе, Господи, ты такой хороший человек, — произнесла Лотта, пока Рейвен закатывала глаза, а я не могла не рассмеяться.

Мы втроем загрузились в шикарный и невероятно чистый «Ауди» Генри. Его машина была именно такой, как я и ожидала. Она даже ощущалась совершенно новой. Наша интимность быстро рассеялась, и теперь я сидела на заднем сиденье прямо за ним, пока Лотта и Рейвен во весь голос пели "Love Story" Тейлор Свифт всю дорогу до моего дома. Почему он должен был высадить меня первой? Полагаю, я была той, кто жил ближе всего к бару.

Я сглотнула, держа голову высоко и сохраняя улыбку на лице, когда выскользнула из машины, быстро попрощавшись с девчонками и даже не взглянув на Генри. Не знаю почему — наверное, просто подумала, что так всё пройдет гладче, а может, это заставило меня почувствовать, будто я заставляю его хотеть большего.

Я ступила на тротуар перед главной дверью моего дома, надеясь вильнуть попкой и гордой походкой направиться прямо к ней, не оборачиваясь, оставив ему этот финальный образ меня. Но тут я услышала, как опускаются стекла, громкая музыка из «Ауди» оглушила мои уши, а следом раздался визг Рейвен с заднего сиденья. Я развернулась. Я не испортила тот идеальный момент ухода, который пыталась изобразить.

— Пока, Молли! Мы тебя любим! Я напишу тебе завтра, нам нужно пересечься как можно скорее. Мы можем повторить всё это завтра, чтобы казалось, будто эта ночь никогда не закончится. Мы просто будем делать это снова, и снова, и снова!

Прямо сейчас я не могла придумать ничего лучше. Но как только я вошла в свое здание и опустила голову на кровать, мое сердце сжалось, и я не могла сбежать от ужасного чувства, закружившегося в животе. Это было не от количества выпитого. И не от сознания того, что, как только я открою глаза завтра утром, я столкнусь с адским похмельем. Это было потому, что я не взяла его номер, а он так и не спросил мой. Он не попросил мой ник в Инстаграме, даже в Снапчате.

Моя голова раскалывалась. Утренний свет пытался пробиться сквозь закрытые веки, но я не сдвинула ...