– Нет, мы просто с мамой не понимаем сути претензий. Если я не ошибаюсь, вы ещё не разделили имущество, правильно? Ну то есть по факту ты что-то тратить сейчас на свою женщину тоже не особо имеешь право. Получается, ты же из общего с мамой имущества обеспечиваешь другого человека. Я вот, например, никого не обеспечивала. Я, например, на себя всё трачу.

У меня, конечно, были большие вопросы относительно того, откуда, во-первых, у Лизы карта с таким большим номиналом, и как это Игорь просмотрел? Нет, у нас не было такого, что детям выдавались карманные деньги наличкой. У каждого ребёнка была своя карта. Мы периодически докидывали балансы. И Игорь иногда вообще себя вёл максимально безответственно, просто забывая обо всех этих деталях, и делал то мне, то Лизе дубль своей карты. То есть это по факту та же самая карта, только дублированная, и все транзакции он отслеживал. В таком случае у меня вопрос: если Лиза воспользовалась картой-дублёром, почему ему не пришла транзакция, где она потратила эти шесть миллионов? Одни вопросы. Но сейчас я задавать Игорю их не планировала, чтобы не поддерживать его авторитет в глазах детей. Вот ещё.

– А я что-то понять не могу. С каких это пор у нас здесь такая идиллия? Вы что, решили меня таким образом медленно обокрасть?

А вот здесь уже всхрапнула я.

– Обокрасть? – переспросила и, шагнув вперёд, тяжело вздохнула. Грудь конвульсивно дёрнулась, и это не скрылось от внимания Игоря. Я злорадно оскалилась, намекая на то, что не имеет он права теперь смотреть на мою грудь. – Обокрали, говоришь?

Я сделала ещё шаг вперёд, обходя диван и замирая напротив Игоря.

– А ты не много ли себе сейчас позволяешь такими фразами разбрасываться? У нас вообще-то вор в семье только ты, который крысил деньги на свою любовницу. Никто другой в нашей семье ничего не воровал. Если ты будешь в таких фразах добиваться справедливости, то я тебе могу точно сказать: я тоже захочу добиться справедливости. Я вытряхну всё то, что ты потратил на свою любовницу, и приложу это на суде. Немного-немало, заставлю тебя возместить все расходы.

– Это какой-то сюр, – выдохнул Игорь и встал с дивана. – Одна хороша, устроила набег на мою карточку. Другая ещё лучше стоит и поддерживает её.

Лиза хотела что-то сказать, даже дёрнулась вперёд. Но я взмахнула рукой, намекая на то, что не надо сейчас вмешиваться. Мама с папой сейчас будут припоминать былые обиды, и лишние здесь однозначно не к месту.

– Значит вот как ты рассуждаешь и отзываешься о своей семье. Кто-то что-то у тебя украл, кто-то какие-то заговоры против тебя плетёт. А ты у нас один белый и пушистый.

Игорь сузил глаза, намекая мне на то, что не будет со мной играть во взрослые игры, где каждый высказывает претензии. Но меня уже понесло. У меня кукушечка и так после встречи с дядей, с Ермаковым была где-то на границе стратосферы. А уж после того, как ещё и Игорь приложил свою руку, можно было вообще тушить свет.

– А что это ты здесь рассуждаешь, будто бы кто-то как-то неправильно поступил? Тебе что, для ребёнка шесть миллионов жалко? А ты что, у нас последний кусок хлеба без масла доедаешь? А ты что, у нас вдруг резко в банкроты подался? Или я чего-то не знаю? Откуда столько негатива? То есть, когда Лиза выбрала машину порядка десяти миллионов, ты у нас даже глазом не моргнул. Или что, от того, что мы разводимся, теперь о детях не надо заботиться? Или что? От того, что Лиза совершеннолетняя и учится уже в институте, это значит, её обеспечивать ничем не надо? Игорь, ты на что рассчитывал? Что уходишь из семьи и семья как-то подожмётся в своих расходах, а ты будешь всё своей любимке отдавать? Нет, Игореш, так дело не построится. Ты уходишь из семьи, уходи. Но только уходи так, как ты ко мне пришёл.

Я взмахнула рукой, показывая на себя пальцем.

– И мы с тобой посмотрим, будешь ты нужен своей любимке или нет. Вот приди к ней с пустыми карманами. Вот приди к ней с банкротствами, с долгами, с тем, что есть нечего, с тем, что ей работать надо будет на нескольких работах.

Я перечисляла практически всё, что было в периоды нашей с ним жизни, и понимала, что меня сейчас трогать нельзя. Упаси боже, меня сейчас кто-то тронет – я просто взорвусь.

— И вот после этого мы с тобой поговорим. А то нашёлся мне герой-любовник, который распоряжается имуществом семьи. Отлично ты устроился. Замечательно просто. Так что, Игореш, ты как-то гонор поубавь. И властного пирожочка включай с Алиной и разберись наконец-таки, что она за подковёрные игры со своим дядей ведёт. А то мне показалось, он немного не в себе. Вдруг это у них семейное? Шизофрения так-то по наследству передаётся.

***

Девочки у меня сегодня максимальная скидка на историю Кристины, которая по мнению изменника должна была терпеть измены и молчать. Но Крис решила иначе. А вот за что друг семьи в этой истории получил в глаз, это нам только предстоят узнать

ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ

Глава 27

«Нет зрелища печальнее на свете, чем мужик, сидевший на диете».

Из записок взрослой женщины.

Игорь дёрнулся ко мне, взмахнул рукой. Я перехватила его за запястье и покачала головой.

– Только посмей.

– Знаешь что, это в тебя Лиза такая! Не в меня, – прохрипел он мне в губы.