— Я упала… Я упала! — поспешно выпалила я, прежде чем Хорхе успел натворить глупостей. Я физически чувствовала, как заливаюсь краской от дикой боли и стыда. Я кое-как поднялась на ноги, двигаясь крайне неуклюже из-за того, что четверть моего тела была полностью выведена из строя. — Я иногда бываю такой неуклюжей. Я споткнулась и неудачно влетела прямо в диван. У меня такое и раньше уже бывало. — Я еще сильнее прижала руку к груди. — Пожалуйста, ты не мог бы позвать Мариуса?

Хорхе одарил Натаниэля тяжелым взглядом, а затем высунулся из комнаты, чтобы позвать Мариуса, при этом ни на секунду не оставляя меня наедине с этим типом. Мне безумно хотелось обнять его, вот только я физически не могла этого сделать.

Зашел Мариус, посмотрел на меня и сокрушенно причмокнул языком:

— Вывих. Как это тебя так умудрилось… — Чуть медленнее, чем Хорхе, он всё-таки сложил два и два.

— Я упала, — повторила я, пока Натаниэль согласно кивал, подбодряя меня. — Такое иногда случается. Ты сможешь вправить его?

Мариус сердито нахмурился, глядя на нас обоих. Но, по крайней мере, прошлая медицинская служба дала ему предостаточно опыта в таких делах. Он стащил наволочку с подушки на кровати и разрезал её своим канцелярским ножом, соорудив подобие поддерживающей косынки.

— Ты ведь понимаешь, что мне придется вправить сустав прямо сейчас, да?

— Да. — Я кивнула и отвернулась.

Мариус перехватил мою безвольно висящую руку под углом в девяносто градусов, выкрутил её наружу и с силой толкнул внутрь, словно ребенок, пытающийся соединить неподходящие друг к другу детали Лего. С первого раза сустав не встал и мне потребовались вообще все остатки сил, чтобы не закричать от этой агонии. Мне меньше всего хотелось доставлять Натаниэлю еще и это удовольствие. Со второй попытки рука соскользнула на свое законное место, кость с глухим скрежетом повернулась по кости, и тут сдержать крик, в котором смешались дикая боль и колоссальное облегчение, было уже попросту невозможно.

Мариус обмотал наволочку вокруг меня, надежно зафиксировав мою только что прикрепленную обратно руку поперек груди. И через плечо Мариуса я отчетливо видела, как глаза Натаниэля буквально искрятся от искреннего веселья при виде того, что он сотворил. Он демонстративно положил свою руку на живот, издевательски копируя мою позу, ведь из-за повязки мне приходилось прижимать ладонь к собственному желудку.

В коридоре Хорхе шел так, чтобы постоянно оставаться живым щитом между мной и Натаниэлем.

— Только скажи слово… — тихо пробормотал он сквозь зубы, но я покачала головой:

— Всё нормально. Всё хорошо.

По лицу Хорхе было видно, что он собирается со мной спорить, но в этот момент на поясе Мариуса с треском ожила рация, из которой донесся голос Ралуки:

— Ну как у вас там дела, наверху?

Мариус снял рацию с пояса и поднес её к губам.

— Мы пока не нашли ни одного больного.

— Спускайтесь тогда вниз и помогайте нам с сортировкой, спасательное судно только что вышло на связь по рации, оно уже близко.

Мариус выглядел так, словно у него гора с плеч свалилась. Он не собирался официально объявлять нашу «миссию» проваленной, но мы все и так прекрасно понимали, что она не принесла никаких плодов.

— Скоро будем. — Он отключил рацию и обвел взглядом всех нас. — Если, конечно, ни у кого здесь нет никаких возражений.

Я покачала головой и отвела взгляд. Хорхе лишь безучастно передернул плечами, а как отреагировал Натаниэль, я не знала.

— Ну ладно тогда. Возвращаемся тем же путем, каким пришли. — Он сделал жест рукой, призывая нас развернуться.

Я держалась в самом хвосте, и Хорхе остался идти рядом со мной.

— Я совершенно серьезно, — тихо пробормотал он сквозь зубы.

— Нет. Но спасибо тебе огромное. — Моя здоровая ладонь нащупала его руку и крепко сжала её, и он сжал мою в ответ.

Мы добрались до грузового лифта, на котором изначально поднялись на этот этаж, и его двери плавно разъехались в стороны — явив нашему взору скорчившуюся внутри женщину в униформе обслуживания номеров, которая с диким чавканьем пожирала содержимое подноса, точно дикий зверь. Наше внезапное появление до смерти напугало её, она выскочила наружу, пронеслась мимо нас и припустила во весь опор по коридору, словно испуганный заяц. Никто из нас не произнес ни единого слова и не побежал за ней вслед.

ГЛАВА 25

Когда мы добрались до третьей палубы, мы с Хорхе заметно отстали от остальных двоих — я изо всех сил пыталась казаться кроткой, а он просто оказывал мне дружескую поддержку.

— Тебе нужно обо всем рассказать, дорогая, — прошептал он мне на ухо.

— И что дальше? Они посадят его в корабельный карцер?