Наши руки постоянно искали друг друга, каждое прикосновение служило напоминанием о том, что прошлое действительно осталось позади.

— Я люблю тебя, — прошептал Нейтан — без притворства, без спешки, только с правдой в глазах.

От этих слов я растаяла.

— Я тоже… я тоже тебя люблю, — сказала я, и моё сердце взрывалось от радости.

Впервые я могла произнести эти слова, не чувствуя их тяжести и не зная, что мне придётся платить за эту любовь. Здесь, с ним, всё было возможно.

Но как раз в тот момент, когда мы подумали, что мир наконец-то принадлежит нам, внезапный шум нарушил покой: звон разбитого стекла и металлический глухой удар, донесшийся с нижнего этажа. Нейтан тут же поднялся — глаза полны тревоги, тело напряжено как лезвие. Я последовала за ним, сердце бешено колотилось в груди.

Когда мы спустились, то обнаружили фигуру, которую никак не ожидали увидеть: высокого мужчину с накинутым на лицо капюшоном, державшего в руке чемоданчик.

— Кто… кто ты? — прошептала я, ища взглядом Нейтана.

Мужчина ответил не сразу. Затем он медленно открыл чемоданчик: внутри лежали десятки фотографий из моей прошлой жизни, снимки меня с Кристианом, с Нейтаном и даже несколько кадров этой виллы за последние дни, что мы провели вместе.

— Меня зовут Крис, не причиняйте мне вреда, — сказал он наконец, обращаясь к Нейтану.

— Что ты делаешь в нашем доме? — спросил Нейтан, притягивая меня к себе.

Мы с Нейтаном переглянулись, но, похоже, никто из нас его не знал.

— Меня прислал Кристиан. В этом чемоданчике все улики, которые он собрал за эти годы. Теперь они ваши. Это его последнее желание, — произнес мужчина.

— Что это значит? — спросила я в замешательстве.

— Что мы свободны, Лейла, — ответил Нейтан, обнимая меня. — Что бы ни случилось, мы будем вместе, — заключил он.

И впервые, зажатая между страхом и желанием, я по-настоящему поняла, что значит любить кого-то в темноте.

ЭПИЛОГ

Десять лет спустя

Лейла

Солнце заливает нашу гостиную золотым потоком, подсвечивая пылинки, парящие в воздухе, и лицо Софи, которая смеется у меня на руках. Её смех такой чистый — настоящая музыка, способная растворить любые воспоминания о страхе или боли. На мгновение я закрываю глаза, чтобы запечатлеть всё это в памяти: запах её светлого хохолка, стук её сердечка о мою грудь, тепло её крошечных ручек, сжимающих мои пальцы.

За эти годы многое изменилось. Я прошла курс экспериментального лечения, и наконец-то мне удалось забеременеть. После стольких лет стресса и выкидышей, вызванных потрясениями того периода, экспериментальная терапия сработала. Софи появилась как чудо после кромешной тьмы. Мечта, которая казалась неосуществимой.

На кухню входит Нейтан, всё еще в своей рабочей куртке ФБР и со взъерошенными, как обычно, волосами. Его глаза ищут меня, и когда наши взгляды встречаются, я чувствую ту самую искру, которая не гасла никогда, даже в самые темные дни. Он улыбается, и я улыбаюсь ему в ответ.

— Тот взрыв десять лет назад… — тихо сказала я как-то вечером, пока Софи спала у нас на руках.

Нейтан посмотрел на меня без удивления, словно всегда знал, что рано или поздно я об этом спрошу.

— Это был единственный способ открыть тебе глаза на Кристиана. Я не хотел причинить тебе вред. Я просто хотел спасти тебя от него, — сказал он.

Я медленно кивнула. Я уже давно это знала. Та бомба никогда не была терактом. Она была его подписью, последним предупреждением перед тем, как забрать меня навсегда.

— Доброе утро, маленький агент Софи, — Нейтан наклоняется и целует её в лоб.

Софи заливается кристально чистым смехом, с силой притягивая его к себе, а я прижимаюсь к ним рядом, и моё сердце буквально взрывается от счастья. Мы смотрим друг на друга, смеемся, и на мгновение всё кажется идеальным, будто этот мир был создан только ради нас.

Дни и ночи сменяют друг друга на вилле, ставшей нашим домом: смех, игры, объятия, первые шаги Софи по всё еще слегка поскрипывающему паркету. Нейтан вернулся к работе в ФБР, его судимость аннулирована, а карьера возобновилась. Он стал тем мужчиной, каким я всегда его знала внутри: сильным, верным, честным. Больше нет теней, которые держали бы нас в плену. Кристиан вышел из тюрьмы несколько лет назад, но он ни разу не пытался приблизиться к нам и никогда этого не сделает. Его история окончена, как и должно было быть.

Мы же с Нейтаном продолжаем строить нашу жизнь — кирпичик за кирпичиком, улыбка за улыбкой. Каждое утро он просыпается и готовит мне завтрак: делает вафли, щедро поливая их ложками Нутеллы, — он всегда балует меня. Я обожаю ночи, когда мы не спим и просто смотрим, как спит Софи, тихонько посмеиваясь над её беспокойными снами.

Нейтан берет меня за руку и притягивает к себе.

— Знаешь… — шепчет он тем самым низким тоном, от которого у меня до сих пор всё замирает внутри, прямо как десять лет назад. — Я никогда не перестану выбирать тебя.