В лицо дохнуло вечерней прохладой, смешанной с запахом влажного камня, травы и чем-то цветочным, почти неуловимым. Передо мной открылось сердце Императорских купален – бассейны с горячими источниками под открытым небом.

В скале были выдолблены каменные чаши: часть из них источала густой пар, другие же стояли холодные, покрытые тонкой белой коркой. Желтый свет ламп слабо колебался под мягким вечерним ветерком. Между бассейнами вились дорожки из мелкой гальки, а островки из камней и кустов прятали их друг от друга и от посторонних глаз.

Интуиция и остатки памяти прежней хозяйки тела подсказывали: двигаться нужно по левой тропинке, к высокой арке, видневшейся на горизонте. Я прибавила шагу… - и чуть не грохнулась, споткнувшись о камень.

Что за подарки?

Внутри ближайшего бассейна лежало тело.

Неподвижное, полностью погружённое в воду, лицом вверх. Свет факелов играл на поверхности, скрывая детали, но я видела очертания: широкие мужские плечи, расслабленные руки, которые мягко колыхались в воде. Он был почти обнажён - только в свободных брюках, ткань которых почти невесомо парила под водой, как медуза в тёплом течении.

Я на всякий случай покосилась по сторонам и только потом осторожно наклонилась, вглядываясь в мутную глубину. Не двигается.

Судьба что, перенесла меня сюда, чтобы я продолжала спасать тонущих? Как бы объяснить ей, что я не пловчиха и подобные истории со спасением для меня традиционно заканчиваются грустно?

- Эй, - позвала я шёпотом. – Эй, мужчина-а.

Тишина.

Мое тело задрожало, призывая к побегу, но разум принялся выстукивать старую песню, которую я слышала еще в прежней жизни: «А вдруг он еще жив? Если не проверишь, как потом будешь жить с этой ношей?» Я попыталась убедить совесть, что он просто спит, но она не верила.

Всё решил размякший тряпичный тапок. Он подвернулся, и нога скользнула вперёд, увлекая меня в пучину.

С тихим «М-мать» и эффектным, но бесполезным взмахом рук, я рухнула вниз. Буквально свалившись сверху на тело «утопленника».

А что? Спасать, так спасать.

2.2

И в следующую секунду меня пронзило печальнейшее осознание – именно этот бассейн был холодным! Не смертельно ледяным, но достаточно, чтобы перехватить дыхание. А я о-очень не люблю холод. Может быть потому, что всю жизнь держала низкий вес и любая прохлада тут же пробирала до костей. После внезапного погружения в ледяную купель первой мыслью было: «Все, дорогие друзья, на этом спасательную операцию закругляем».

Но, увы, мои руки жили собственной жизнью. Когда я свалилась и, стыдно признаться, еще больше подтопила неизвестного мужчину, то невольно коснулась ладонями его груди и коленями - боков. Наощупь «утопленник» оказался… теплым, скорее даже горячим, будто лежал на солнце, а не в этой дурацкой холодной воде.

Похоже живой, - мелькнуло в голове. – Ох, не оставлять же его.

Я ухватила несчастного подмышками, зашипев от натуги, он оказался тяжёлым, словно мешок с песком, чуть сама не ушла под воду. Но все же смогла ухватиться за край бассейна и подтянуть его к себе, как на буксире…

Рывком выдернула его голову и плечи на каменный борт.

Свет от ближайшей лампы упал на его запрокинутое лицо. И я едва удержалась от удивленного восклицания. Ничего себе. Похоже я выудила из воды морского бога.

Его кожа была гладкой, без единого изъяна. До темных густых ресниц и широких стрел бровей хотелось дотронуться пальцем и убедиться, что они настоящее. Его резкое, будто выточенное из камня волевое лицо выглядело сверхъестественно красивым и одновременно пугающим из-за жестокой властности, которая чувствовалась в каждой черте. Совершенный во всем, даже в каплях, стекающих с прядей темных волос. От него шли мурашки по коже, несмотря на полную отрешенную неподвижность, как у статуи в греческом музее.

Шикарный мужик. Горячий во всех отношениях. Я даже головой дернула, чтобы прийти в себя и не зависнуть в завороженном созерцании. Наваждение какое-то, обычно я так себя не веду. Дашка, он без сознания! А, точно. Воздух. Ему нужен воздух…

Признаться, я не была уверена в своей технике искусственного дыхания. Но подозревала, что если оставить все как есть, то этот победитель генетической лотереи может не встретить рассвет. Наклонившись, я крепко зажала его идеальный нос двумя пальцами, зажмурилась и прижалась к его губам. Они оказались упругими, жаркими, как весь он.

Бож-же ты мой, как бы не потеряться во всем этом мужском роскошестве и не забыть чем именно я здесь занимаюсь. Не то, чтобы я озабоченная, но у всего, люди добрые, есть предел.

Под потоком воздуха его грудь чуть приподнялась. Я решительно еще и еще раз выдыхала воздух через его губы. Не знаю на какой по счету раз, но, кажется, его губы шевельнулись. Все же целеустремленная девушка – это страшная сила.

И в этот момент сверху раздался крик.

Истошный и тонкий, словно на кастинге «Техасской резни бензопилой». Я дернулась так, что чуть не оторвала несчастному спасаемому нос.