– Но-но! По версии его родителей, шалашовка – это как раз я, – чувствую, что слезы опять накатывают на глаза. Да бог ты мой! Когда это закончится?! Никогда я не ревела столько, сколько в последнее время. Мне вообще некогда было печалиться. Я выросла в многодетной семье, на мне с детства висели младшая сестра и два брата. А еще хозяйство. И школа, из которой мне полагалось приносить только хорошие оценки. Поступила в универ – и тут некогда было вздохнуть. Ведь чтобы не вылететь с бюджета, нужно было в самом деле пахать на зачетку. Параллельно подрабатывая, чтобы не выглядеть хуже других. Более-менее прилично одеваться и покупать косметику.

Да я зажила по-человечески, лишь когда меня Тема из родного дома забрал. Мечтать о чем-то хорошем стала…

– Ы-ы-ы…

– Маришка, да что ж такое-то, е-мое?! Не дай бог кто-то увидит… Ну, хочешь, я тебя подменю? Езжай домой.

– Не могу-у-у. Мне Ива столько замечаний уже сделала! Не удивлюсь, если совсем выгонит.

– Да ладно. У вас ведь хорошие отношения. Тебе все наши завидуют… Клуб1 этот, опять же.

– Все равно отработаю! – упрямлюсь я. – Сейчас только возьму себя в руки… Сейчас-сейчас.

Пока я рассыпаюсь в несбыточных обещаниях, в коридор, ведущий к мужской спа-зоне, кто-то выходит. Дина шикает на меня, размахивая руками:

– Исчезни. Вот! На, – быстро достает из ящика сигареты: – Иди, покури. Может, успокоишься.

Хватаю пачку, хотя не курю, и, шаркая ногами, плетусь к выходу. Курилка у нас с обратной стороны крыльца. Чтобы не демотивировать упоротых на ЗОЖе спортсменов. Без сил прислоняюсь к нагретой солнцем стене. В лицо бьет совсем по-весеннему теплый ветер. Весна набирает обороты, распускается зеленовато-белой пеной черемух… Так красиво кругом, что не передать словами. И от этого еще обиднее. Это должна была быть лучшая весна в моей жизни, а оно вон что. Жалко себя до одури. Как назло, вспоминается вытянувшееся лицо Темы, когда он увидел меня за стойкой! А что он думал? Что я умру где-то под забором? Или реально прибегу к нему, на все согласная? Какого же он обо мне мнения, интересно? Но это еще что. Он ведь всерьез испугался, что я его скомпрометирую при невесте! А я хоть и не могу похвалиться богатствами или родословной, гордячка та еще. Выдала им браслеты с бесстрастным лицом, пожелала хорошей тренировки с улыбкой, а разнылась уже в кладовке. Там, где никто не мог увидеть моей слабости. Ну, то есть я надеялась, что никто.

Дрожащими руками неумело прикуриваю сигарету. Закашливаюсь, растираю глаза, в которые по закону подлости тут же попадает дым. А как только те перестают щипать, замечаю уставившегося на меня Шакирова… Ну и чего он на меня пялится? Вызывающе вздергиваю бровь. И затягиваюсь в надежде, что это выглядит сексуально. На кой черт мне выглядеть сексуальной в его глазах – не знаю. Наверное, это дело принципа. Не все ж ему на меня, зарёванную, смотреть.

Рамиль на мои потуги закатывает глаза и, покрутив в нерешительности ключи от пижонского мерседеса, шагает ко мне. А-а-а, ну вот и что ему от меня надо?!

От автора: друзья, всех безумно рада видеть в новинке. Вы меня очень замотивируете, если поставите лайк в карточке книги. И спасибо за ваши комментарии. Наконец, книжная ярмарка на Красной площади закончилась, и я могу вернуться с ответами. Люблю вас

2.1

Марина

Расстояние между нами стремительно сокращается. Спешно тушу сигарету – красиво курить, один черт, не получается, так какой смысл дымить?

Стильный этот гад, просто до безобразия… Хотя, казалось бы, ничего особенного на первый взгляд. На нём банальные широкие спортивки, поло и свободный бомбер. Ощущение, будто он напялил на себя первое, что вывалилось из шкафа. Но в этом и смысл! Я готова поклясться, что образ этого парня продуман до мелочей! Он – такой пижон, боже! Даже его не до конца высушенные волосы лежат так, слово он их специально укладывал.

– Чего? – спрашиваю сипло.

– Ты до которого часа работаешь? – интересуется Рамиль, все так же поигрывая ключами. Да видела я, какая у него тачка! Тоже мне…

– А что?

– У меня есть к тебе разговор. Так когда мне подъехать?

Я настолько теряюсь, что даже забываю дышать.

– Какой еще разговор? – осторожно так уточняю я.

– Личный.

Все чудесатее и чудесатее.

– Личный? – переспрашиваю пискляво.

– У тебя проблемы со слухом? – теряет терпение Рамиль.

– Нет. У меня проблемы с пониманием происходящего, – я тоже начинаю злиться.

– Это заметно.

Что ему заметно?! Вот что?

– Мы можем поговорить сейчас, – предлагаю очевидный вроде бы вариант.

– В рабочее время? Не очень-то ты ответственный работник, а, Марин?

Мучительно краснею. Тоже мне, нашелся праведник! В рабочее – не в рабочее, это не его дело. Послать бы эту задницу куда подальше, но так ведь интересно, чего ему надо, а если пошлю – он передумает говорить, и я просто умру от любопытства. Я себя знаю.

– До девяти, – бурчу, будто делаю ему одолжение.

– Буду тебя ждать на стоянке, – ставит меня перед фактом Рамиль и уходит. Вот же м-м-м-чудак! Уму непостижимо. И все-таки надо было его послать. На что я вообще надеялась?

Впрочем, в случившемся есть и один жирный плюс. Я напрочь забываю о постигшей меня истерике. И пусть Рамиль Шакиров – не лучший способ переключиться, другого у меня пока нет. Так что сойдет и этот.