Он провёл большими пальцами у меня под глазами, стирая остатки слёз.

— Пойдём, Мака. Нам нужно встретиться со всеми, а потом я хочу принять душ… и чтобы ты была в моей постели.

У меня внизу живота разлилось тепло.

Он прижался губами к моим в поцелуе, прожигавшем до самой души. В этом поцелуе было столько голода. Будто он пытался вложить в одно-единственное действие все свои мысли и чувства. Когда он отстранился, мои губы сами потянулись за его губами.

Он рассмеялся. Такой тёплый, согревающий душу смех. Я скучала по нему гораздо сильнее, чем сама понимала.

— Пойдём, Мака. Проверь, как там твои друзья, приведи себя в порядок, а потом я позволю тебе воспользоваться мной.

Я не смогла сдержать надувшиеся губы, и это заставило его снова рассмеяться.

Подняв меня, держа за руки, он прижал меня к себе под одной рукой, и я прильнула к нему, пока он вёл нас вверх по лестнице и выводил из здания. По дороге он остановил какого-то мальчишку, который одновременно выглядел и испуганным, и поражённым видом Финна. Я увидела, как Финн поручил ему важное задание от имени Командира. Он попросил собрать всех избранных. Мальчик кивнул и убежал выполнять поручение.

— Ты легенда, — сказала я.

— Как и девушка с багровыми крыльями.

— Ну да, я вообще-то большая шишка.

Он снова рассмеялся, пока я прижималась к нему, а затем мы продолжили идти. Я надеялась, что мне ещё сто лет доведётся слушать этот беззаботный смех. Тот самый, который доходил до его глаз.

Финн изменился, и студенты с преподавателями это заметили. Все стекались во двор, чтобы поглазеть на него, пока мы шли к зданию, где находилась библиотека. Он по-прежнему был тем же красивым, величественным Командиром, каким был всегда, но, как и его крылья, его тело стало больше. Возможно, чтобы вместить зверя, жившего внутри него. Какова бы ни была причина, он выглядел огромным, закалённым, и от него исходило что-то такое, что будто приглашало любого рискнуть и бросить ему вызов. И всё же со мной он был исключительно нежен, и именно это приводило людей в замешательство.

Когда у меня случился тот срыв в камерах, я так и не поговорила с ним о том, что произошло во время битвы. Когда я уничтожила дюжину демонов, прижимавших меня к земле, это почти полностью меня истощило. А потом я увидела, как Финн расправился с оставшейся сотней или около того демонов и всё ещё стоял на ногах.

Я не спросила его, что Сандалфон имел в виду, когда сказал, что его братья и сестра помогли Финну справиться с тьмой. Думаю, какая-то часть меня боялась, что это лишь временное решение. Что то, что он сейчас рядом со мной, слишком хорошо, чтобы быть правдой, и лишь вопрос времени, когда я снова его потеряю… снова. Поэтому вместо этого я говорила обо всех своих проблемах, кроме той единственной, которая пугала меня сильнее всего — потерять его навсегда.

Чамп вихрем нёсся через траву во дворе. Он превратился в размытое пятно шерсти, когда подпрыгнул в воздух. Финн отпустил меня, чтобы поймать огромного пса. Чамп принялся облизывать ему всё лицо.

— Похоже, не только я скучала по тебе, — сказала я. — Но он всё равно моя собака.

Финн улыбнулся, уворачиваясь от его языка.

— Приятно, когда тебя любят.

Он поставил Чампа обратно на лапы и напоследок почесал его.

— Пойдём. Нам нужно встретиться с остальными.

Будто моему телу всё ещё не хватало прикосновений, я снова прижалась к нему. Чамп трусил рядом, пока мы направлялись к библиотеке. Всё по-прежнему оставалось неопределённым, и ничего в мире не складывалось так, как мы надеялись, но в этот момент я была довольна. Иногда достаточно просто жить настоящим.

Глава 21

Когда мы с Финном вошли в библиотеку, каждый студент, едва взглянув на командира, поднялся со своего места и поспешил выйти из комнаты. Дэн и Ричард влетели внутрь. Их глаза расширились, когда они увидели своего командира, но страха они не показали. Каждый по очереди хлопнул его по спине.

— Хорошо, что ты вернулся, босс, — сказал Ричард.

— Ты выглядишь лучше, чем когда тебя принесли сюда, — добавил Дэн.

— Я и чувствую себя лучше, — ответил им Финн, а я оставила им место, чтобы они могли поговорить, и подошла к Реми.

— Привет, — сказала она.

— Ты в порядке?

— Так себе. Меня бесит, что Луны больше нет с нами, и у меня больше вопросов, чем ответов. Я злюсь на Сандалфона и в то же время думаю, что знаю его достаточно хорошо, чтобы понимать, что не должна на него злиться. Наверное, я просто запуталась.

Ханна подошла с другой стороны.

— Я тоже. Я часами пыталась увидеть проблески того, что нас ждет, и каждый раз, когда нахожу какой-нибудь путь, он меняется.

Я вскинула брови.

— Что ты имеешь в виду?

— Я говорила об этом с Сандалфоном, и он сказал, что это потому, что наши действия постоянно спонтанно меняются, поэтому будущее тоже постоянно меняется.