Я увидела, как его губы исказились в грустной ухмылке, а затем сжались в тонкую линию, когда он поднялся на ноги:

— Прости за мое поведение. Я пойму, если сам стал причиной проблем. И я очень надеюсь, что ты останешься с нами.

Я ничего не ответила, провожая его взглядом. Какое-то время я просто смотрела на закрывшуюся дверь, пытаясь понять, как я могла упустить все эти знаки. Несколько минут я простояла в раздумьях о том, где вообще искать похожую работу. И пока мысли кружились в голове, над дверью снова звякнул колокольчик.

Я приготовилась встретить покупателя.

— Доставка для Эмбер? — раздался голос.

Мой взгляд упал на курьера из «Clove»:

— Это я.

Кивнув, он подошел к стойке и протянул мне небольшой бумажный пакет вместе с картонным подстаканником. Знакомый аромат окутал меня, словно теплое плед, и я мгновенно узнала напиток: пряный чай чай-латте.

Я с вожделением уставилась на еду, пытаясь подавить подступающие слюнки:

— Но я ничего не заказывала.

Низкорослый мужчина лишь пожал плечами:

— Пожалуйста, просто заберите, всё уже оплачено, — сверившись с экраном телефона, он подтвердил заказ и протянул мне чек: — Чай-латте и круассан. Вот записка.

Я вскинула руки в очередном отказе, но он просто составил всё перед мной и отвернулся:

— Я не—

— Хорошего дня! — выкрикнул он в ответ, уже преодолев половину пути до двери.

Я громко вздохнула и посмотрела на доставку. Голова запульсировала еще сильнее, набирая обороты, пока я срывала бумажку, прикрепленную степлером к пакету.

Ты ничего не ела.

Позаботься о себе сама, или это сделаю я.

Моя рука сжала записку в ком — не от шока, а от чистого раздражения. Что за херня происходит с моей жизнью?!

Я так устала от этого, от всего, а особенно — от него. Может, он так и привык действовать, может, это его стиль жизни, но я так жить не собиралась, и меня уже тошнило от этого дерьма.

Я отодвинула и то, и другое в сторону — теперь они стояли между кассой и новой стойкой с закладками. Принять доставку мне пришлось, но вот есть всё это я была не обязана. Будто в ответ на мой отказ, над стаканом с чаем мягкими спиралями поднялся пар. Я с рычанием уставилась на стакан, представляя на его месте Сайласа. Личные границы существуют не просто так, но, очевидно, никто в моей жизни о них и слыхом не слыхивал. Я сжала кулаки так, что ногти въелись в ладони.

Я мысленно перебирала способы, как вернуть контроль над ситуацией в свои руки. Первая часть была простой: с Атласом я порву все рабочие связи. Но Сайлас — это совсем другое. Мысль о том, чтобы обыграть его на его же собственном поле, отозвалась в груди темным азартом — чувством, которое я толком не могла объяснить. Правда, момент триумфа тут же испортил желудок, который скрутило так сильно, что я снова едва не поперхнулась сухим позывом.

— Ладно, блять, — прошипела я, выхватывая круассан из пакета и въедаясь в него без малейшей попытки выглядеть грациозно. Крошки посыпались на стойку, а масло измазало пальцы. Желудок мгновенно отозвался благодарным затишьем, и это разозлило меня настолько дико, что я стала жевать еще громче. Это не капитуляция, — твердила я себе, делая глоток чая и приветствуя приятное жжение, пока пряная жидкость катилась по горлу.

С каждым куском я прокручивала в голове варианты того, что я сделаю с ним, способы заставить его почувствовать то же самое. Эти мысли не отпускали меня, пока угощения исчезали, а я обслуживала подходивших покупателей. Следующие пару часов пролетели незаметно, и в редкие минуты затишья я детально планировала всё, что мне потребуется сделать. К концу смены я чувствовала себя гораздо увереннее и была готова отправиться домой, чтобы претворить свой план в жизнь. Вскинув взгляд и заметив, что осталось всего десять минут, я начала собирать вещи. Но стоило мне взять ключи, чтобы закрыть магазин, как этот дурацкий колокольчик снова звякнул.

Я глянула в сторону входа, откладывая вещи обратно на стойку:

— Вообще-то мы уже закрыва—

Слова застряли в горле, когда я поняла, что у входа никого нет. Тревога медленно проползла по коже, и я почувствовала, как волоски на затылке встают дыбом. Отойдя от стойки, я вышла в зал и медленно огляделась. Мой взгляд скользил по каждому ряду, слух ловил малейший шорох, но кругом царила тишина. Я остановилась, снова вернувшись к прилавку. Легкое движение слева заставило меня обернуться — и вот тогда я увидела его.

Сайлас в своей маске опирался на стопку книг, сложенную в углу.

Все мое тело будто пробило током, а дыхание перехватило, когда он слегка наклонил голову в мою сторону. Даже сквозь маску Смотрителя я видела её — эту его чертову манеру держаться. Я потянулась к сумке, чтобы схватить телефон, но он цокнул языком и поднял руку, демонстрируя мой экран — обои снова сменились на то самое совместное фото.