Вот только когда они снова принимают человеческий облик, они оказываются…

Мои глаза округляются до размеров чайных блюдец.

Голыми. Абсолютно.

— Ну да, — пожимает плечами Уилл. — Тут такое дело.

— Одежда вместе с нами не трансформируется, — усмехается Тук. — Это тебе не комиксы, где у Халка штаны волшебным образом остаются целыми.

Я несколько раз судорожно моргаю.

— Ну… конечно, — выдавливаю я спустя долгую минуту. — Было бы глупо ожидать обратного. — И хотя сами парни ведут себя так, будто в этом нет вообще ничего особенного, не чувствовать неловкости, сидя на траве роскошного особняка в окружении троих голых и, признаем честно, дьявольски сексуальных мужчин, просто невозможно.

— Ладно, ладно, — Роб наклоняется и поднимает свои брюки. — Давайте натянем штаны для серьезного разговора, идет?

Уилл что-то недовольно бурчит под нос, но подчиняется, как и Тук. Я с трудом сглатываю и лишь скромно делаю вид, что смотрю исключительно в сторону.

— Ладно, — беру я слово, когда они возвращают себе более-менее приличный вид. — Давайте проясним. То есть вы мало того что воры, которые грабят богатых и отдают бедным, вы еще и…

— Оборотни. Перевертыши, — четко произносит Роб.

— Оборотни, — повторяю я за ним. — И вам для этого не нужно… ну, не знаю, полнолуние или что-то в этом духе?

Уилл фыркает.

— Мэриан, мы не вервольфы из ужастиков, — отзывается он так, будто это прописная истина.

— Откуда мне-то знать?! — огрызаюсь я. — Тук вообще-то волк. Да и того медведя я видела как раз в полнолуние…

— Эл-Джей, — со вздохом качает головой Роб. — Осторожнее надо быть.

— Я клоню к тому, что для меня все это абсолютно дико ив новинку, ясно? — Я нервно кусаю губу и принимаюсь барабанить пальцами по колену. — Значит, превращения…

— Очень нам помогают, — подтверждает Роб. — Сама понимаешь, для шпионажа и скрытных вылазок — преимущество колоссальное.

Я мысленно прокручиваю в голове последние события.

— Вот почему вы ни капли не переживали о том, как выбраться из клуба, — соображаю я. — И… — добавляю я, — вот почему вам показалось таким дико смешным, когда я допытывалась, какие у вас любимые животные.

Уилл хрипло кашляет, смеясь.

— Именно.

Тук расплывается в улыбке:

— Господи, я бы кучу денег отдал, чтобы посмотреть на Эл-Джея в маске медведя. А ты заставила его сделать это совершенно бесплатно. Это было гениально.

Роб тоже кивает.

— Вот только с твоим появлением все немного усложнилось. Нам не хотелось раскрывать карты раньше времени. Хотя большинство из нас сходилось на том, что тебе уже давно пора все узнать.

— Эл-Джей, — догадываюсь я.

В паре шагов от меня Тук тяжело вздыхает и кивает:

— Эл-Джей, — соглашается он, — вообще не хочет, чтобы с нами кто-то связывался. Дело не в тебе конкретно, а в людях в принципе. Он патологически никому не доверяет, уж извини за прямоту.

— Да ладно, я не обидчивая, — отзываюсь я. — Плюс-минус.

— Но когда ты тогда отключилась, и мы поняли, кто ты на самом деле…

Стоп.

— Кто я на самом деле? — перебиваю я. — В смысле…кто я такая? — Я растерянно перевожу взгляд с одного на другого. — Что вы имеете в виду? То, что у меня эпилепсия? Ну да, у меня закружилась голова. Но все обошлось. То есть, я к этому привыкла, вы же теперь в курсе. У меня бывают приступы.

— В том-то и фокус, — качает головой Уилл. — Что нет.

Я хмурюсь.

— Что значит «нет»?

— У тебя нет никакой эпилепсии, Мэриан, — веско произносит Роб. — У тебя дар. Сила.

Глава двадцать первая



Я выдерживаю от силы секунд тридцать, прежде чем снова обретаю дар речи:

— Простите, что?

Я ошарашенно моргаю.

— Так, стоп. Погодите. Что, блядь, это вообще значит? — Я качаю головой. — У меня нет приступов? Но я-то знаю, что они есть! У меня эпилепсия. Обмороки. Я отключаюсь…

— Ну да, и ты понятия не имеешь, что происходит с тобой в этот момент, верно? — перебивает Уилл. — Ты просто веришь всем на слово, что это обычные приступы. Но откуда тебе знать наверняка, если ты без сознания?

Ладно, тут он прав, пожалуй. Но все же…

— Но я ведь ходила к врачу, — возражаю я. — Он делал анализы, обследования…

— К врачу, которого тебе нашел твой дядя, надо полагать? — мягко уточняет Роб.

Я каменею. Этого просто не может быть…

— То есть вы хотите сказать… — Я зажмуриваюсь, пытаясь склеить осколки реальности воедино. — Дядя Джон знал. Знает. Он в курсе, что я… что я способна… что у меня есть какие-то силы? — Я еще сильнее трясу головой, сжимая виски ладонями. — Извините, но для меня это уже перебор, блядь. — Я шумно выдыхаю.

— Само собой, — сочувственно отзывается Тук.