Нэш — воплощение огромного сурового мужчины. Из тех, кто берёт именно то, чего хочет. В памяти вспыхивают образы — я стою перед ним на коленях, а он сжимает мои волосы в кулаке и проталкивает большой член мне в рот. Мои пальцы скользят под шорты и через ткань трусиков находят ноющий клитор. Я хнычу от воспоминаний, мой взгляд останавливается на нём, прежде чем веки опускаются.

— Сесилия, — хрипит он. — Смотри на меня.

Его челюсть дёргается, и я знаю, что ему чертовски нравится. Я кокетливо улыбаюсь, стягивая шорты и трусики с бёдер, пока они не собираются на полу у моих ног. Я отбрасываю их в сторону, широко развожу ноги и снова нахожу клитор, открывая ему прекрасный вид на мою истекающую влагой киску.

— М-м-м, блядь, — громко рычит он, ещё сильнее надрачивая свой член.

На этот раз с головки выступает предэякулят, и я понимаю, что его терпение на исходе.

Я подзываю его пальцем, и он слушается, выключая воду и выходя из душевой кабины на коврик. Даже не потрудившись вытереться, он возвышается надо мной — обнажённый и насквозь мокрый. Капли воды задерживаются в углублениях его мускулистого тела. Я не успеваю ничего осознать, как он уже опускается на колени, подхватывает меня руками под бёдра и резко подтягивает вперёд с коварной ухмылкой на безупречно красивом лице. Его язык находит мою мокрую киску, и я со стоном вцепляюсь в мокрые волосы, запрокидывая голову.

— Господи, Светлячок, ты всегда превращаешься для меня в такое, блядь, мокрое месиво, — рычит он, присасываясь ртом к моему клитору, и мои ноги тут же начинают дрожать.

Он творит своим языком волшебство, а после стольких лет вместе точно знает, что доводит меня до грани безумия. Я упираюсь пятками в его тёплую влажную спину, пока он зарывается лицом между моих бёдер, лижет и сосёт, одновременно мягко поглаживая внешнюю сторону моего бедра шершавыми пальцами. Постепенно он ускоряется. Я понимаю, что он пытается подразнить меня, пока, не желая позволять мне кончить, но ему самому стоит огромных усилий не наброситься на меня и не сожрать целиком. Я чувствую момент, когда его самообладание рушится, и сильнее сжимаю пальцы в его волосах, пока он то двигает против моей плоти языком, то пожирает меня, словно умирающий от голода мужчина.

Внутри меня всё нарастает ком удовольствия, но он не замедляется. Всё моё тело сосредотачивается в одной точке, и оргазм с сокрушительной силой проносится сквозь меня. Нэш удерживает мои дрожащие ноги, по-прежнему прижимаясь ртом к клитору и стонет прямо у моей кожи. Я настолько чувствительна от прикосновения его губ, что, когда он встаёт, отстраняется и усаживает меня на столешницу в ванной, я едва могу дышать. Он раздвигает мои бёдра, подаётся вперёд и вонзает каменный член в моё всё ещё пульсирующее лоно. Моё тело слабеет, когда сквозь меня проносится первобытный восторг. Он наполняет меня каждым восхитительным сантиметром.

— Блядь, малышка.

Его губы накрывают мои, пока он делает ещё один беспощадный толчок.

— Эта тугая маленькая киска так охуенно меня принимает, — цедит он, погружаясь до самого основания и вращая бёдрами именно так, что мои глаза закатываются.

Нэш замедляет движения, наблюдая за местом, где наши тела соединяются, пока трахает меня. Его идеальный пресс напрягается вместе с мышцами.

— М-м-м… какая красивая.

Он слегка шлёпает меня по клитору, и я вскрикиваю.

— Всегда. Блядь. Умоляешь дать тебе ещё.

У меня кружится голова, тело напряжено, и я всё ещё поражаюсь ему — тому, насколько он невероятен и что он целиком принадлежит мне.

— Нэш, — стону я, когда он проталкивается ещё глубже.

Неважно, сколько раз мы были вместе, он всегда едва помещается, когда проталкивает последний сантиметр, наполняя меня так, как способен только он.

— Вот так, малышка.

Он снова шлёпает меня между ног.

— Посмотри, как хорошо ты принимаешь каждый грёбаный сантиметр, — рычит он, устраиваясь внутри меня и согревая всё моё тело.

Моё лоно пульсирует вокруг него, а его руки сжимают мои бёдра, затем задницу, пока он задаёт ритм. Теперь его глаза становятся ещё темнее и полны собственнического желания. Только в такие моменты я вижу их такими и, блядь, живу ради этого.

— Господи, как же я люблю смотреть, как ты умоляешь меня кончить в тебя.

Его бёдра резко подаются вперёд, грубо присваивая меня. Он чередует быстрые движения с медленными, доводя до того, что мне кажется, будто я умру, если он вскоре не позволит мне снова кончить.

— Нэш, пожалуйста… — стону я.

Мой взгляд опускается на его член, когда он выходит из меня. Он блестит от моей влаги, а Нэш проводит пальцами по твёрдому стволу, собирает мои соки и подносит их к губам, намеренно пробуя меня на вкус.

— Не могу, блядь, тобой насытиться, Сиси. Ты такая охуенно сладкая, — произносит он, накрывая мои губы своими и снова врываясь внутрь.