Я напеваю «Beautiful Crazy» — Люка Комбса, останавливаясь в дверях спальни Руби и видя, как Сиси читает. Мягкое, тёплое сияние прикроватной лампы наполняет комнату, а Руби свернулась калачиком у неё на руках. Её светлые волосы точно такого же цвета, как у матери, и мягкими маленькими волнами рассыпались по Сиси, пока та держит перед ними книгу «Линкольн спасает Рождество».

Знакомое болезненное сжатие, которое я ощущаю каждый раз, когда смотрю на них, захватывает мою грудь. Моя идеальная семья. Та, появления которой я никогда не ожидал, но без которой теперь умер бы. Сиси даже не замечает меня, пока я за ними наблюдаю. Её мягкий, сладкий голос оживает, когда она читает о том, как Линкольн собирает деньги, продавая свою коллекцию игрушечных машинок, чтобы помочь своей семье купить подарки и рождественскую ёлку для менее обеспеченной семьи. Её длинные светлые волосы собраны на макушке, а лицо в форме сердечка невероятно красиво в тёплом свете. Я вижу, как её зелёные глаза танцуют от радости и материнской любви, ведь она дарит своей трёхлетней дочери самый идеальный праздничный сезон, какой только можно представить. Поэтому у меня действительно не хватает духу сказать ей, что Руби-Рэй давно крепко спит. Сиси читает самой себе.

Улыбнувшись, я оставляю их и направляюсь в нашу спальню, чтобы принять душ, всё время продумывая способы, которыми я добавлю эти крошечные, памятные, незапланированные моменты в следующие два дня — даже если их нет в планере моего маленького Светлячка. Потому что именно такие моменты, как тот, свидетелем которого я только что стал, значат всё.

Глава 2

Глава 2

Я ставлю маленькую галочку рядом с пунктом о чтении, которое только что устроила для Руби. Она уснула где-то на последних страницах, но возможность разделить с ней праздничные моменты значит для меня всё. Папа всегда делал всё возможное, чтобы наше Рождество было особенным, и я лишь хочу, чтобы у Руби остались воспоминания о том же тёплом, уютном счастье, которое я ощущала в детстве. Вплоть до книги «Линкольн Уорд спасает Рождество». Ей три с половиной года, а значит, завтра её и её кузенов ждёт день, наполненный восторгом. В нашей семье становится всё больше внуков, и я просто знаю, что мама превзошла саму себя с выпечкой, едой и подарками. Иногда я вспоминаю детство и готова поклясться, что канун Рождества казался мне ещё более волнующим, чем само Рождество. В этом дне просто есть что-то особенное. Даже сейчас, когда я уже взрослая, он наполняет меня радостью, которую способен подарить только этот единственный день.

Я открываю Spotify и включаю «Let It Snow», что кажется весьма уместным, когда я замечаю, как за окном начинает тихо падать снег. Это будет первое снежное Рождество за последние несколько лет, а по прогнозу погоды ко Дню подарков снега может выпасть довольно много. Направляясь по коридору, я представляю Нэша и Руби, тепло одетых и играющих во дворе, пока я готовлю им горячее какао. Телефон, а вместе с ним и рождественская музыка, остаётся у меня в руке, и я иду на звук льющейся воды туда, где находится мой муж.

Стоит мне войти в примыкающую к нашей спальне ванную, как из открытой двери навстречу вырывается пар. Я направляюсь к маленькому стулу у туалетного столика, который Нэш сделал для меня. Он стоит прямо напротив полностью стеклянной душевой кабины, позволяя мне любоваться самым невероятным видом, который никогда мне не наскучит, даже если я доживу до ста лет. Вода стекает по покрытой татуировками груди Нэша, катится по его спине, а затем по самой охуенной заднице, естественным образом доведённой до совершенства годами игры в хоккей в НХЛ, прежде чем сбежать по его мощным бёдрам и собраться лужицей у ног. Я сжимаю собственные бёдра, чувствуя, как жар уже начинает подниматься по их внутренней стороне, когда Нэш запрокидывает голову и промывает под струями воды свои тёмные волосы. Мой взгляд следует за каплями, находя каждую впадинку и изгиб на его мускулистой коже, пока он не поворачивается ко мне лицом, поправляя свой огромный, уже наполовину твёрдый член.

Господи, какая же я везучая женщина.

Я наклоняюсь вперёд, закусывая губу и сосредотачивая взгляд на его напряжённом прессе. Боль между бёдер усиливается, когда его рука опускается ниже и обхватывает член, несколько раз проводя по нему, и я наблюдаю, как он становится ещё твёрже.

Я медленно скольжу взглядом вверх по всему его телу, пока наконец не встречаюсь с глубокими тёмно-синими глазами, теперь пристально сосредоточенными на мне. На его лице вспыхивает хорошо знакомый мне голод, а рука продолжает равномерно двигаться по члену. У этого мужчины нет ни капли стыда. Такого слова даже не существует в словаре Нэша Картера. Он никогда не боится показывать, как сильно хочет меня, и мне это в нём нравится. Обычно я бы уже оказалась вместе с ним в душе, но сегодня мне хочется поиграть, поэтому я откидываюсь на спинку маленького стула и раздвигаю ноги. Хлопковые пижамные шорты дают достаточно пространства, чтобы прикоснуться к себе. Сегодня я хочу подразнить его.

— Вот умница, давай, — его голос хриплый и полный желания.